— Стой! — Раздался приказ стражника идущего впереди и я послушно остановился. Я недовольно поморщился от того, что меня выбили из моих мыслей, но нарываться еще и из-за этого будет очень глупо. А наставник очень хорошо вбил в мою голову, что любое действие должно быть оправдано.

Перед нами была тяжелая даже на первый взгляд дверь и листового металла рядом с которой была небольшая цепочка, за которую дернул стражник. И тут же раздался долгий и красивый звук гонга, который раскатистым эхом отражался от сводов пещеры.

— И кого еще демоны притащили во время обеда? — Раздался грубый голос и следом дверь отворилась открывая моему взгляду лысого, как куриное яйцо, мужчину в легионерской форме без знаков отличия. Вот только на нем не было кирасы и рубаха было расстегнута почти до его выпирающего живота.

— Мое почтение, господин смотритель. Старший велел отправить заключенного на трое суток в Провал. — Тут же ответил мой охранник, создавалось впечатление, что он откровенно боится это чуть полноватого мужчину, глядя на которого я понимал почему. Резкие, острые скулы чуть сглаженные лишним весом, тяжелый взгляд человека привыкшего убивать и квадратный волевой подбородок. Наставник всегда говорил, что то чем мы занимаемся врезается в наше тело. И судя по этому человеку долгое время его работой было убивать. Без сомнений, без сожалений.

А еще клеймо. На его шее было клеймо смертника, поверх которого выжгли второе клеймо. Оно означало, что этот человек искупил все свои преступления перед Закатной империей сражаясь в боях на границы Предела. По слухам, с таким клеймом там выживал один человек из тысячи. Так что если он носит такую отметку, то с таким лучше не спорить.

— Трое суток? — Лысый недоверчиво переспросил, а его ноздри раздувались будто он принюхивался. Он походил на цепного пса, который размышляет то ли просто тебя облаять, то ли вырвать глотку.

— Да, господин. — Отводя взгляд произнес стражник.

— Смотри мне в глаза, заключенный. — В мои глаза смотрели холодные, рыбьи глаза голубого цвета. Очень редкого для нашей провинции. Что-то решив для себя он хмыкнул и обратился к моим охранникам:

— На трое суток говорите? — Охранник сглотнул и кивнул, подтверждая эти слова. — Вы идиоты? От него разит кровью. Если ее чувствую я, то духи почуют тем более и сожрут всю смену. Передай своему командиру, чтобы он тащил сюда свою задницу, а этого давайте сюда. От меня он никуда не денется. — Моя интуиция просто кричала, что тут что-то не так. Этот лысый слишком легко принял решение в обход всех правил тюрьмы. Он должен был вызвать охрану, но вместо этого решил сделать все сам. Что тут творится?