— Ты понимаешь, сколько это стоит?
— С учетом того, что это вино идеально сохранилось, думаю, коллекционеры дают за него не меньше нефритовой монеты. И это мой ответный дар за твой подарок, что сохранил мне жизнь.
— Ты умеешь удивить, брат Лао.
— Это еще не все, брат Фанг. Я прошу твоего посредничества в переговорах с домом Изумрудного Кедра. — Его взгляд стал холодным, как сталь, и таким же острым.
— Объясни.
— Я хочу выкупить у них свою жизнь…
Глава 13
После моих слов Фанг замолчал, обдумывая мой запрос. Молчание было подобно туго стянутой пружине малейшее движение и она тут же распрямится. Мгновение шло за мгновением, а холодные, почти бесцветные глаза продолжали изучать меня с вниманием опытного мясника, глядящего на тушу для разделки. Он не торопился. Такие, как он, не совершают движений впустую.
Я спокойно наблюдал за его реакцией, поспешу сейчас и впечатление над которым я так долго работал попросту пойдет на смарку. Противники, которых нельзя запугать, уважают лишь стойкость. Если я не выдержу его взгляд — он сделает вывод. Если начну оправдываться — потеряю инициативу.
Не знаю точно, сколько прошло времени, прежде чем слуга дома Изумрудного Кедра наконец заговорил:
— Брат Лао, ты же понимаешь, что даже эта бутылка коллекционного вина не стоит проблем для моего дома. А в случае с Первым Советником проблемы будут. Этот выродок известен своей злопамятностью.
Я кивнул с легкой улыбкой, скрыв торжество за вежливой маской: рыбка заглотила наживку. Он не отказал сразу. Он озвучил риски — значит, ищет компенсацию. Он готов содействовать. Вопрос только в цене.
— Брат Фанг, это вино — лишь дар. Он тебя ни к чему не обязывает. Просто знак благодарности. Но если ты позволишь достать из сумки задаток, то, уверяю, он тебя удивит. Очень сильно удивит.
Его пальцы отбивали по столу ритм, больше напоминающий вызов, чем обдумывание и лишь потом до меня дошло, что этот ритм одной из самых известных боевых песен легионеров. Потом он чуть наклонил голову к правому плечу, словно целился в меня из арбалета. Его взгляд стал жестче, а голос — тише:
— А почему бы мне попросту не забрать все, что у тебя там есть?
Я рассмеялся. Так смеются в подворотнях, где лишнее движение — повод для драки.
— У каждого из нас есть выбор. Кто-то, как жадная крыса, пытается урвать чужой кусок, не думая, чем это закончится. А кто-то живет по чести. Соблюдает договоренности. И великие драконы награждают таких не словами, а открывшимися возможностями.
Я смотрел прямо в его рыбьи глаза. В том, что я говорил, не было ни капли показной морали. Только старая как мир истина.