Через несколько километров я свернул на обочину, заглушил двигатель и просто сел прямо возле мотоцикла. Комары нашли меня секунд через сорок. Куртку снимать не стал, хотя под ней давно стало жарко. Ветер лениво перекатывал зелень на полях, где-то вдалеке прогрохотала очередная фура, а над дорогой медленно опускалось июльское солнце.

Хорошо было. Без всякой причины.

Домой я вернулся уже очень поздно. Кстати, недолго подумав, я решил покупать месячные абонементы на платную охраняемую парковку и для машины, и для мотоцикла. Рядом с домом. Вот так всё просто.

Лена сидела в комнате, делая предварительные наброски по июльской практике на своём ноутбуке, поглядывая MTV, где транслировались видеоклипы, и подняла голову, когда я вошёл со шлемом в руке.

— Живой?

— Живой, я же кидал тебе пару сообщений и ты отвечала.

— Да, но всё равно, капец может подкрасться незаметно. Артём, ты вообще в курсе, как вас в больницах называют? Я в интернете поковырялась тут про таких, как ты. УЖОС!

— Да ладно тебе, я ж аккуратно, ты знаешь. В курсе, как называют, да. Донорами.

Я поставил шлем на табурет.

— Именно поэтому я сначала купил хороший шлем и другую экипировку. Лен… отчаяннее того, что я уже сделал в этой жизни, я, скорее всего, уже ничего не сделаю. Хотя обещать не стану. Вдруг ещё удивлю сам себя. Ха-ха!

Она несколько секунд изображала суровый взгляд, потом не выдержала, рассмеялась и ушла на кухню.

Через минуту оттуда донёсся её голос:

— Гонщик, руки помой! Ужё всё готово.

— Уже мою, ага.

Когда я пришёл на кухню, на столе уже стояла глубокая тарелка с голубцами, рядом — сметана, чёрный хлеб и кружка горячего малинового чая. После часов в седле пахло всё это так, что я подумал: иногда счастье бывает совсем простым. Машина. Мотоцикл. Дорогая девушка рядом. И тарелка горячих голубцов после длинного летнего дня.

* * *

Канал на YouTube постепенно рос и развивался. Очень медленными темпами, но прогресс был заметен. Я не питал иллюзий, знал, что и Джимми Дональдсон начинал с того, что в комментах на других каналах писал «Подпишитесь на мой канал, пожалуйста». К началу июля три тысячи семьдесят седьмого… или… две тысячи шестого… не важно. В общем, к началу июля он превратился, можно сказать, в отдельную работу, которую никто мне не заказывал и за которую никто не платил. Голый энтузиазм с пониманием того, во что это превратится в будущем.

Схема постепенно сложилась такая. Раз в три-четыре дня я снимал ролик, обычно в четверг и в воскресенье. Снимал у себя за столом в домашнем кабинете, всё стандартно. На заказ сделал яркую дорогую статуэтку с логотипом Dornet, чтобы название мессенджера попадало в кадр, словно тонко намекая.