Паразиты… Почему-то именно эта мысль ударила сильнее собственной боли. От несправедливости внутри всё сжалось. Сердце забилось быстрее. Кардиомонитор тут же ответил тревожным частым писком.

Они оба мгновенно обернулись.

— Марина… Марина, спокойно, — мягко сказал врач, с искренней улыбкой, возвращаясь к моей кровати. — Не волнуйтесь. Сейчас вам нельзя переживать. С вами произошла неприятность, но мы здесь как раз для того, чтобы помочь вам восстановиться. Что бы вас ни тяготило в эту минуту, отпустите, доверьтесь современной медицине. Вы в надежных руках.

Медсестра осторожно коснулась моей руки.

— Да, всё хорошо. Вы в безопасности. Мы рядом.

Я несколько раз медленно вдохнула.

Писк монитора постепенно стал реже.

Слёзы всё ещё катились по щекам, но зелёная линия на экране наконец снова пошла ровно.

Они снова отошли в сторону.

— И вот ещё, — врач понизил голос почти до нуля, но я вытянула и это. — Следователю я звонить пока повременю, пожалуй. Пусть девушка сначала заговорит. Толку от свидетеля, который молчит, ему сейчас ноль, не по картинкам и кивкам же у неё показания брать. А трясти её в таком состоянии я не позволю. Ей может от этого только хуже стать.

Следователь.

Вот, значит, как. Дело завели, и оно живое, раз следователь ждёт, когда я открою рот. Видимо, я тут оказалась не от того, что мне горшочек с цветком упал на голову с верхней полки. Видимо, меня ударили, целенаправленно, и кто-то в погонах теперь хочет услышать от меня, кто именно. Осталось только вспомнить. Вспомнить всё…

Медсестра кивнула врачу, тот вышел и ушёл, а она выглянула в коридор и обратилась к кому-то там.

— Она пришла в себя, вы можете пройти. — Голос её стал ещё мягче, будто она стелила его перед порогом, как половичок. — Только очень тихо, пожалуйста. Ей нельзя волноваться, ни в коем случае. И она пока не может говорить. Спокойно, без слёз, без набрасываний с обниманиями коротко. Договорились?

За дверью зашуршало, задвигалось, кто-то шёпотом шикнул на кого-то. Заскрипели ножки стула по кафелю, звякнула чья-то сумка о пол, вроде как. Как мне показалось.

Я лежала и ждала. Сейчас войдут люди, которых попросили не делать ничего, чтобы я волновалась, и я, по идее, должна была почувствовать облегчение. Страшновато…

Медсестра снова подошла к кровати, нажала несколько кнопок на закреплённом сбоку пульте, и матрас подо мной негромко загудел. Примерно по звуку, как довольное мурчание гепарда. Спинка кровати медленно приподнялась, переводя меня в полусидячее положение. Она поправила подушку, расправила одеяло, придвинула к кровати ещё два стула рядом с тем, на котором совсем недавно сидел врач. Убедилась, что мне удобно, тихо отошла в сторонку, оставаясь поблизости.