* * *

Время шло своим чередом. Во второй половине апреля началась и практика — долгожданное вождение.

Первый выезд.

Учебная «шестёрка » с дополнительными педалями у инструктора выглядела так, словно успела пережить не одно поколение курсантов. Потёртый руль, затёртый до блеска рычаг коробки передач, местами облезшая обивка дверей. В салоне стоял въевшийся запах старого табака, женских духов, бензина и пота многочисленных предыдущих учеников. Казалось, сама машина помнила все случаи заглохшего двигателя, нервные выкрики инструкторов и бесконечные попытки тронуться без рывка.

Инструктор, мужичок лет пятидесяти по имени Валерий Палыч, неспешно устроился на пассажирском сиденье, пристегнулся, привычным движением проверил дополнительные педали, зевнул и мельком посмотрел на меня. В его взгляде читалось спокойное равнодушие человека, который за много лет работы видел тысячи таких же взволнованных новичков.

Он уже морально приготовился к очередным полутора часам привычной пытки: дёрганый старт, заглохший на первом же перекрёстке двигатель, паника курсанта, скрежет коробки передач, перепутанные педали, судорожные движения рулём и бесконечное: «Спокойнее… сцепление плавно.,. не газуй так… » Всё как всегда, ага. Только на этот раз всё пошло совсем не по привычному сценарию…

Я сел за руль, привычным (из подсознания ) движением отрегулировал сиденье, подвинув его ровно настолько, чтобы левая нога уверенно выжимала сцепление до конца. Затем поправил спинку, выставил зеркала, пристегнулся. Всё происходило настолько автоматически, что на мгновение я даже забыл, где нахожусь. Руки сами легли на руль в правильном хвате, правая нашла рычаг коробки передач, левая нога уверенно выжала сцепление. Первая передача, плавный подъём педали, лёгкое касание газа — и бывалая «шестёрка » тронулась без единого рывка, будто мы с ней были знакомы уже не первый год.

Рядом тихо ' засопел' в полглаза Валерий Палыч. Пока большинство новичков глохли ещё на старте, дёргали машину и судорожно ловили сцепление, он, похоже, морально приготовился провести ближайшие полтора часа, периодически спасая автомобиль от очередной жертвы собственного энтузиазма. Но уже через несколько секунд инструктор приоткрыл один глаз и внимательно посмотрел сначала на приборную панель, потом на мои ноги, словно пытаясь понять, где именно я успел схитрить.

Мы спокойно выкатились с площадки и влились в городское движение. Дальше — больше. Я держал дистанцию, заранее замечал машины, готовившиеся перестроиться, успевал оценивать пешеходов ещё до того, как они подходили к переходу. Переключения передач получались мягкими, без лишнего шума, торможение выходило плавным, а руль не приходилось перехватывать по несколько раз в одном повороте. Годы за баранкой на различных автомобилях, на различных коробках (помню, даже был опыт за рулём Lamborghini и Lotus — хорошие знакомый давали «поматериться») не пропьёшь и не забудешь, даже если руки формально молодые и впервые касаются именно этого руля. Всё это давно сидело где-то глубже сознания. Тело само подсказывало, насколько довернуть руль, когда добавить газ, в какой момент отпустить сцепление.