— Да тоже бы посмотрел город, — ответил Береговой.

Собрались быстро. Уже спустя полчаса все стояли в холле. Как ни странно, Михаил Сергеевич и Раиса Максимовна были тоже там.

Горбачев демонстративно постучал по часам и недовольно покачал головой.

— Минутку внимания, товарищи! — он снова начал «митинговать». — Сегодня, как вы уже знаете, у нас имеется свободное время. И мы с Раисой Максимовной проведем его в музеях и выставочных залах.

— Так мы тоже планируем посещение музеев. Имеет смысл поехать вместе, — предложил я специально, зная, что сейчас Горбачев будет всеми силами пытаться отвязаться от нас. А его супруга, судя по ее кислой физиономии, вряд ли вообще снизойдет до общения с нами. «Колхозники! Неучи! Пустышки, с которыми даже не о чем разговаривать — не тот уровень интеллекта. Какой идиот так подбирает членов делегации? Ни одного ученого, ни одного деятеля культуры и искусства», — думала она.

— Нет-нет, товарищи, — засуетился обеспокоенный Горбачев. — Помимо музеев у нас еще осталось несколько важных деловых встреч…

Он обвел нас взглядом победителя и многозначительно добавил:

— Конфиденциальных встреч. Я полагаю, что вы… м-нэ… товарищ, напомните, как вас?

— Медведев Владимир Тимофеевич, — улыбаясь, напомнил ему.

— Да-да, действительно. Вас ко мне приставил Леонид Ильич. Но я недоволен вашей работой и по возвращении в Москву провентилирую этот вопрос. Так что мы сейчас отправимся сами, в вашем сопровождении я не нуждаюсь.

Я не стал спорить, изобразив покорность. Горбачеву все равно оставалось уже недолго. Прочитал мысли Лунькова — похоже, он тоже считал, что политическая карьера Михаила Сергеевича близится к завершению.

Я смотрел вслед удаляющемуся «Роллс-Ройсу» Горбачевых с улыбкой: уж что-то, а сопровождение у них было что надо! В хвост посольскому автомобилю пристроился мотоциклист в таком знакомом мне шлеме и с фотоаппаратами на груди. Как ищейка, учуявшая дичь, идет по следу, так и Мастерс, почуяв жареную тему, не отступает.

Я заботливо открыл дверь машины перед Фоминой и подал ей руку, помогая усесться.

— А вы разве не с нами? — удивилась доярка.

— Нет. К сожалению, не могу — у меня дела. Иначе я бы с радостью поехал с вами.

Несколько минут постоял у посольства, провожая машины взглядом. Вернулся в свою комнату и запросил разговор с Удиловым. Соединили достаточно быстро.

— Вадим Николаевич, доброго вам дня!

— И вам доброго, Владимир Тимофеевич. Что-то случилось?

— Ничего чрезвычайного. Но необходимо, чтобы по возвращении в Москву нашу делегацию провели не по дипломатическому коридору, а в обычном порядке — с заполнением таможенных деклараций и полным досмотром. Желательно, чтобы специалист был строгий, но справедливый.