— Странные у вас соседи, не здороваются, — заметил я.
— Да какие там соседи. Тьфу на них! — «швабра» смачно выругалась. — Хотя тут забулдыжники всякие.
— Ой, и не говори, Семеновна. Все углы зассали, сволочи! Вон через соседний дом приличные люди в это ломбард ходят. А через наш вход одни алкаши и всякая шелупонь.
— Так там еще один ломбард? — не сообразил я, о каких двух входах речь.
— Да тот самый ломбард, просто входы разные. Понарыли, как крысы, отходных путей! Милиции на них нет… Я своими глазами видела, как Яшка сначала сюда зашел, а через час вышел из того дома.
— И я видела! Как раз на ту сторону скамейки сидела. Ждала, пока Надька выйдет, поругаться с ней хотела. Так этот Яшка из Лидкиного же подъезда и выскочил, как черт из табакерки! А заходил-то в наш подъезд, но не выходил оттуда. Вот те крест, не выходил! — и старуха, повернувшись лицом к синагоге, истово перекрестилась.
— Ой, Лидке-то повезло, у них в ломбард люди приличные ходят, я даже как-то из горсовета видела одного. Большой человек!
— Ты-то откуда знаешь?
— А вот и знаю, я фотографию в газете видела!
Старухи переглянулись и, уставившись на меня «прокурорскими» взглядами, синхронно спросили:
— А с какой целью нашим ломбардом интересуешься? — старухи переглянулись и засмеялись, одновременно подумав друг о друге: «У дураков мысли сходятся».
— Судя по виду, тебе в Лидкин подъезд надо, — отсмеявшись, решила тощая пенсионерка, — вон в тот дом. Это если ты из важных жуликов.
— А если ты обычный алкаш, то сюда вот иди, — добавила вторая, кивнув на подъездную дверь с буквами «ХУ».
— Странно это все… — вслух удивился я. — Что ж вывеску нормальную не сделают?
«Швабра» выудила из-под лавки небольшую табличку и повертела ею передо мной. На жестяной пластинке было написано «Ломбард» и часы работы.
— Ага, — сказала полная пенсионерка, — может вам еще и стрелки указательные от самой остановки сделать?
— Вешай — не вешай, а мы все равно снимем. Не нужны нам в подъезде всякие преступные элементы и забулдыги, — поддержала подругу «швабра».
Глава 12
Покачав головой, я поднялся на крыльцо. Потянул за ручку второй двери — той, которая вела не в жилой подъезд, а в подвал. Я сделал шаг вперед — и уперся в металлическую решетку, загораживавшую дальнейший проход. Подергал — закрыто.
— Есть кто живой? — крикнул в темноту.
— Таки есть звонок, всех нормальных людей это устраивает, а вы делаете мне нервы своим криком. Вы таки не нормальный человек или вас мама не учила быть вежливым? — донесся из глубины подвального помещения приятный голос, катающий букву «Р» как горошину.