С нарастающим гулом кабина лифта рухнула вниз.
Падение закончилось глухим ударом.
Глава 7
Я несся вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступени и едва успевая схватиться за перила на поворотах. В голове билась одна мысль: хорошо, что Света и девочки не видят этого!
Комендант, бледный и потный, стоял рядом с консьержем. Консьерж, отставник из Девятого управления, говорил по телефону.
— … авария в десятом подъезде, — услышал я конец фразы.
Консьерж положил трубку и, глядя на коменданта, сочувственно произнес:
— Все, Кузьмич, тебе только стреляться теперь.
— Вот спасибо, ободрил… — проблеял, едва не плача, комендант.
Я тупо стоял возле закрытых внешних дверей лифтовой шахты. Оттуда не доносилось ни звука. Было совершенно понятно, что спасать уже некого. Выжить в лифте возможно, упади он этажа со второго или третьего — сработали бы ловители и остановили кабину на направляющих, а амортизаторы внизу смягчили бы удар. Несчастные, которым не повезло оказаться в кабине, отделались бы переломами. Но девятый этаж…
Аварийка прибыла вместе с выездной охраной нашего Девятого управления. Аварийщики отжали двери лифтовой шахты, кабину подняли быстро.
Врач скорой помощи констатировал смерть обоих пассажиров лифта. Изломанные тела моей тещи и ее случайного спутника уложили на носилки, накрыли простынями и увезли.
— Трос подпилен, центробежный регулятор скорости не сработал. Механизм зафиксировали болтом и подменили гирю, — отчитывался криминалист следователю.
Я тоже дал показания, особо отметив, что позвонил комендант, попросив спуститься.
— Я действительно звонил вам. Расписаться надо было в журнале заселения. Сразу как-то забыл дать на роспись. Вот, Виктор Палыч не даст соврать, — оправдывался испуганный комендант. — Я все время находился рядом с ним.
— Все так, — подтвердил консьерж. — И звонил при мне.
Зря я не обратил внимания на техника, когда тот препирался с комендантом. Но я же не могу пытаться лезть в мысли каждому случайному встречному. Вернее, мог бы, наверное, но сам ведь учился отсекать шум и концентрироваться, чтобы работать со своей способностью более сфокусировано. Так и результат получается чище, и собственные мозги целее. Но что уж теперь говорить? Знал бы, где упадешь, заранее соломки подстелил бы…
Комендант и консьерж тоже ничего внятного по поводу техника не сказали. Обычный парень, без особых примет, какой-то невзрачный, неопрятный.
— Он сказал, что закончил. Минут пятнадцать работал, как и обещал, даже меньше. И лифт ведь действительно потом работал нормально, я сам слышал. Правда, он пустой был, без пассажиров. Я даже расписался у него в журнале и в акте приема работ.