Проснулись, наконец, девочки. Завтракали бутербродами, поскольку холодильник уже был освобожден от продуктов, вымыт и готов к долгому пути в солнечную Ялту. Его теща тоже забирала с собой, решив, что почти новый «Памир» никогда не будет лишним. Я смотрел на нее, посмеиваясь. Светлана — добрая душа, она последнюю рубаху снимет и отдаст. Даже с чужим человеком не будет делить единственный кусок хлеба — отдаст весь. А тут родная мать, не спорить же с ней? И я тоже не спорил, мне на вещи было, по большому счету, наплевать. В новую квартиру все это барахло не повезешь, так что пусть Валентина Ивановна напоследок порадуется.

— Света, бери девочек, идите, доделайте дела с переводом в школу. Потом сходите в ДЮСШ. И в музыкальную. Потом в кино на детский сеанс.

Брови жены поползли вверх, но я, не позволив ей возразить, добавил:

— Слишком много суеты, незачем еще и девочкам мешаться под ногами. Мы тут без вас справимся. А вы езжайте — и бумажные дела порешаете, и потом отдохнете заодно.

Проводив супругу и дочек, вернулся к сборам. Честно говоря, мне хотелось скорее закончить все это. Еще хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать тещины причитания и упреки. С трудом сдерживался, чтобы не втянуться в конфликт.

Солдат из комендантской роты Смиртюков, как и обещал, прислал к девяти утра. Они достаточно быстро погрузили личные вещи, книги, цветы в горшках и увезли на Кутузовский. Я думал, что после тещиной «ревизии» нашего имущества останется немного, но набралось изрядно — почти половина кузова.

Но прошло лишь пару минут, как уехала машина, и теща заголосила:

— Перепутали! Две мои коробки на Кутузовский отвезли! И фикус еще я хотела забрать. Но как могли коробки перепутать? А там у меня зимняя одежда, шуба. И много всего. И кто за солдатами присмотрит, а вдруг украдут что?

— Да что украдут⁈ Ваши любимые панталоны с начесом⁈ — рявкнул я, уже не в силах сдерживаться. — Так, Валентина Ивановна, давайте так. Сейчас мы с вами здесь убираем все, моем полы и потом съездим на новую квартиру. Заберете все, что не добрали.

Теща умолкла. Она не разговаривала со мной все время, пока драили старую квартиру в Кратово. Потом, как поехали, только попросила закрыть окна в копейке, потому что дует. И дальше, всю дорогу до Кутузовского проспекта, молчала. А я вот совершенно не расстроился от этой напряженной тишины. Наоборот даже полегчало.

На Кутузовском в нашем новом подъезде было шумно. Комендант распекал человека в куртке, с надписью «Мослифт» на спине.

— Вы почему не предупредили заранее? У нас есть график профилактики, там не указана сегодняшняя дата.