Как оказалось, не у одного великана терпение на исходе.
— Да кто бы говорил! — Марина, со вздувшимися на лбу венами, швырнула скалку о стол. Та словно таран раскидала стаканы, задвинутые к стене, а один даже выбила на пол. Если бы не молниеносная реакция Павла, подопнувшего и перехватившего кружку, она бы разбилась. — Сам-то свой кооператив угробил. Закрыли его, да? Что молчишь? Фамилию на всю страну опозорил, еще нас критикуешь, бесстыдник.
Катя, наблюдавшая за ссорой, начавшейся непонятно с чего, благоразумно помалкивала. Она не торопилась вставать на чью либо сторону. Даже при том, что с ее перспективы именно Павел первым набросился на родственников, которые просто приехали на Новый год погостить. Все потому, что у самой девушки полно нежеланных родичей.
Кровные отношения слишком сложны, чтобы судить о них, толком ничего не зная.
— О, так вы приехали потешаться над моими неудачами? — Паша плотоядно ухмыльнулся, делая шаг навстречу сальной бочке.
«Нахер. Жирная сука точно пойдет на корм элинке».
Глава 42 Ле’подарки ле’родителям
Неожиданно Карина встала между Мариной и Павлом, не позволяя сыну совершить членовредительство. Не то чтобы обеспокоенность здоровьем невестки взыграла. Но наблюдать за тем, как стодвадцатикилограммовую тушу выкидывают из окна, тоже не комильфо. Соседи судачить начнут, милицию вызывать… кому это надо?
— Конечно не потешаться приехали! Как такое только в голову пришло⁈ Да мы бы никогда!.. — Сбледнув, Марина отбрехалась притворным возмущением. По выражению Павла поняв, что тот нетерпим даже к повышению тона. Не говоря уже о упреках. — Олежа, скажи ему.
Столкнувшись с опасностью, бегемотиха подсознательно заслонилась мужем, как живым щитом. Хотя в обычной жизни только и делала, что вытирала о него ноги.
— Да, Паш, мы… Мы читали в газетах, что произошло с Черной картой. Столько всего… — Олег явно растерялся, когда его втянули в спор. Он чувствовал необходимость защитить жену, но родственный статус племянника, и еще более, его габариты, серьезно препятствовали проявлению мужественности. Так и не решившись на конфронтацию, он выложил все как на духу: — Мы ж помочь приехали. Раз вам сейчас некуда деваться, почему бы не влиться в наш кооператив? Нет, ну правда. Пашка, у тебя руки золотые. Такие станки собираешь. Мужикам рассказывал, до сих пор никто не верит. Вместе мы, ухх, горы свернем.
Воодушевление дядюшки можно понять. Даже если отбросить сбережения, которые Павел наверняка запрятал от правоохранительных органов, сам по себе он являлся гуманоидной золотой жилой. Весь кооператив Черной карты строился вокруг его станков и продукции. Так почему нельзя создать еще один такой? Но уже под собственным управлением?