Не останавливало афганца и осознание того, что возвращение подвергнет опасности жену с детьми. Становилось очевидно — люди на грани срыва.
— Нет, не пришла… — Проскрипел Евгений, исподлобья глядя на равнодушного юношу. Тому, казалось, плевать на крики и мольбы подчиненных. Бесчеловечная тварь.
Паша ничего не ответил. Он молча направился к ГАЗику, и запрыгнув в кузов, прикрыл глаза. Через пару минут Фуницын забрался в кабину, и со второго раза завел автомобиль. Колеса с массивными протекторами забуксовали по мокрой траве, но все же смогли зацепиться, и понесли многотонную махину в сторону палаточного лагеря возле вихревого древа.
Около часа длилась поездка по пересеченной местности, с практически нулевой видимостью. Благо доехали они без приключений.
Возле лагеря с десятками палаток, из которых сочился желтый свет, пахло жареной картошкой. Бойцы как могли пытались приготовить вкусную еду. Получалось все равно пластилиновое блюдо, посыпанное прахом.
Не в пример прочим, Паша мог оценить старания подчиненных. За прошедший месяц обоняние значительно улучшилось, как и прочие чувства, и теперь стало ясно, о чем говорили потусторонние. Он мог чувствовать особый запах, который невозможно спутать ни с чем. Запах душ. Они пахли страхом и надеждой, отчаянием и болью, все это с нотками медовой сладости.
Странный спектр ассоциаций не заботил Павла. Что действительно его интересовало — запах пренебрежения, холодного гнева, и стойкости, смешанный с каким-то привкусом бетона, извести, или каменной крошки.
«Она очнулась».
Спрыгнув с кузова, Паша немедленно направился к огромной палатке. Двое часовых внутри понуро сидели на стульях. Пулеметы были возложены на колени, в то время как та, кого они должны охранять, прикована цепями к столбу напротив.
Женщина два метра с гаком, с треугольным подбородком, высокими скулами, и светло-серой кожей, безвольно обвисла на цепях. Вокруг шеи виднелся ободок из уплотненного кремния, с острыми шипами, направленными вовнутрь.
Если попытается вырваться, ободок не убьет ее, но дискомфорта доставит. А с учетом кремния внутри тела, помещенного, разумеется, без согласия противоположенной стороны, вероятность побега совсем невелика.
Трехпалое существо являлось родичем той твари, что чуть не прикончила Павла рядом с собственным домом. Так называемый «элин».
Особь обладала огромной физической силой и скоростью. Чуть ли не телепортировалась на близких дистанциях, и била как многотонный трак. Но настоящих проблем доставило превращение в гиганта. Когда светло серая кожа стала темнее, а игольчатая грива волос преобразилась в вездесущие щупальца, Паша едва не окочурился. Незаживающий шрам на все лицо тому подтверждение.