— Это приглашение на приём, — сказал я, откладывая письмо на журнальный столик. — Анна Кожевникова и глава её рода ждут нас на торжественном приёме в честь дня рождения Анны и заключения крупного контракта с Имперским Арсеналом в их Тюменской резиденции.
— А мы каким боком? — удивилась бабушка. — У нас с Кожевниковыми дел не было.
— Я немного пообщался с Анной в московском очаге, но наше знакомство было слишком поверхностным, — я усмехнулся. — Не о том ты спрашиваешь, бабушка.
— Действительно, что это я, — покачала головой она. — И кого же Кожевниковы пригласили? Тебя одного или с невестой.
— А вот тут самое интересное, — я сделал глубокий вдох. — Графский род Кожевниковых ожидает прибытия главы рода Шаховских, его невесты и его бабушки — Юлии Сергеевны Шаховской.
— Что? Да меня уже лет двадцать на приёмы не приглашали, — удивилась бабушка. — Что они задумали?
— Там прилагается список приглашённых гостей, — я подвинул письмо ближе к ней. — Посмотри и скажи, на что это похоже.
Бабушка вскочила с дивана и нетерпеливо схватила бумагу. Ей хватило пары минут, чтобы прочитать все фамилии в списке. Она подняла на меня взгляд и прищурилась.
— Ты уверен, что твоё знакомство с Анной Кожевниковой было случайным?
Глава 22
— Знаешь, я уверен, что ни одно моё знакомство хоть с кем-нибудь не было случайным, — ответил я бабушке. — К тому же род Кожевниковых был связан с Мироновыми древним договором, который Анна отрабатывала на испытании, изображая служанку княжны Мироновой.
— Это даже не ловушка, это хуже… они хотят столкнуть нас лбами со всеми, с кем у нас хотя бы раз в жизни был конфликт или намёк на него, — со злостью сказала бабушка, бросив конверт обратно на журнальный стол. — Я понимаю, зачем приглашены Мироновы и даже остатки рода Давыдовых. Но Бартеневы, Денисовы и Сафроновы там каким боком?
— Ты права, это очень похоже на западню, — сказал я, растерев лицо ладонями. Усталость после рейда накатывала волнами, и больше всего мне сейчас хотелось лечь на подушку и закрыть глаза. — Они хотят выманить нас из дома всех разом. Останутся только дети и гвардия. Идеальный момент для удара.
— Удара по поместью? — с тревогой спросила Юлиана.
— Или по нам в дороге, — холодно сказал я. — Это же самая очевидная демонстрация силы. Они показывают, что могут достать нас где угодно и прятаться бессмысленно.
— Значит, решили проверить нас на прочность? — бабушка мрачно усмехнулась. — Похоже, пора стряхнуть пыль с моих доспехов. Мы ведь не будем разочаровывать наших недоброжелателей?
— Нет, конечно, наш отказ воспримут как слабость, — я встал с кресла и хрустнул шеей. — Одного не могу понять, зачем князьям так демонстративно показывать своё отношение. Что они задумали? Вряд ли Бартенев с Денисовым посещают провинциальные приёмы графских родов.