Я задумался. Это было логично, хоть и удивительно.

— Для меня это тоже в новинку, — продолжил дед. — Я ещё не слышал, чтобы создания некромантов формировали свой характер. И если с Октавией всё понятно — здесь виноваты два её дара, то каким образом ты сделал это с Фредом? Пигалица Сципион к нему никакого отношения не имеет.

— Я уже думал об этом, — признался я. — Но так и не нашёл времени изучить феномен подробнее. Видимо, пора этим заняться.

— Только не сегодня, надеюсь? — с надеждой спросила Октавия.

— Не сегодня, — заверил я её. — Сейчас меня больше интересуют ваши научные достижения.

В этот момент из глубины лаборатории послышались радостные восклицания. Арджун Сундарам, главный исследователь проекта, разбирал ящики с кристаллами, словно ребёнок новогодние подарки.

— О, великолепные образцы! — восторгался он, поднимая к свету особенно крупный лазурист. — Посмотрите на эту чистоту! На эту энергетическую плотность!

Услышав мой голос, Арджун оторвался от своих сокровищ и просиял:

— Максимилиан! Как раз вовремя! Пойдёмте, покажу вам кое-что потрясающее!

Он повёл нас в экспериментальную комнату, где уже находились Луи Вийон и Елена Рихтер. Вся команда исследователей была в сборе.

В центре помещения стояла довольно компактная установка — металлический цилиндр высотой около метра, увенчанный сложной системой кристаллических решёток и энергетических проводников.

— Вот она, — с гордостью объявил Арджун. — Первый рабочий прототип установки для поглощения скверны.

— Выглядит… аккуратно, — осторожно сказал я. — А как работает?

Луи Вийон подошёл к устройству:

— Принцип довольно элегантен. Кристаллы создают резонансное поле, которое притягивает частицы скверны из окружающей среды. Они втягиваются в центральную камеру, где проходят процесс преобразования.

— Скверна разлагается на составляющие, — подхватила Елена, — а чистая энергия аккумулируется в накопительных кристаллах.

— Звучит теоретически, — заметил я. — А практически?

— В лабораторных условиях работает превосходно, — ответил Арджун. — Мы тестировали на образцах тканей скверных монстров, на заражённой почве, даже на осколках кристаллов очагов. Эффективность почти стопроцентная.

— Почти?

— Ну, есть ограничения по мощности, — признался он. — Пока установка может справиться только с малыми количествами скверны. Пожалуй, с очагами выше уровня «Альфа» пока экспериментировать не имеет смысла. Для более сильных нужны дополнительные накопители.

Я обошёл вокруг устройства, изучая его конструкцию:

— А что происходит с монстрами скверны, когда их лишают естественной среды обитания?