— Я весь внимание, — кивнул я.

— В столь короткие сроки нам удалось запустить производство не только сложной электроники, — азартно заговорил Крэйвен, — но и перейти к машиностроению. И я готов прямо сейчас показать вам испытательный образец из первой партии.

Интересно. Машиностроение за два с половиной месяца? Даже с учётом магии звероголовых и техномагов это впечатляющий результат.

— Тогда ведите, — согласился я.

Эдвард провёл нас к замаскированному входу в подземку. Лифт опустил нас на несколько уровней вниз, где располагалась станция местного метро. Но вместо пассажирских составов здесь пока что, в основном, ходили грузовые химеры.

Мы забрались в просторную кабину одной из них. Эдвард устроился напротив меня, и его глаза буквально светились энтузиазмом.

— Знаете, Максимилиан, — начал он, когда химера тронулась по тоннелю, — я просто очарован совместной работой со звероголовыми. Этот народ — настоящая находка для любого техномага-фабриканта!

— В смысле? — поинтересовался я, хотя примерно представлял, к чему он клонит.

— Им можно доверить абсолютно всё что угодно, стоит лишь один раз показать, как надо, — восторженно продолжал Эдвард. — У звероголовых настоящий талант к работе с техномагией. Они схватывают принципы на лету, работают с невероятной точностью, никогда не халтурят.

— Кроме того, — Крэйвен жестикулировал, разгоняясь, — они невероятно честные. Никогда не обманут, не приписают лишние расходы, не украдут материалы. Всегда стараются сделать всё в лучшем виде, даже если никто не проверяет. Лучше партнёра для такой работы просто не найти! И это я молчу про их удивительный симбиоз с песчаными элементалями! Большинство моих работников и партнёров до сих пор не могу поверить, что такое вообще бывает.

Я хмыкнул про себя. Интересно, что бы Эдвард сказал про работу с умертвиями? Те, помимо всех перечисленных им достоинств, ещё и зарплату не требуют, отпусков не просят, больничные не берут и профсоюзы не создают.

Химера остановилась, и мы вышли на платформу. Короткий переход — и мы оказались под открытым небом пустыни. Только теперь вместо заводских корпусов перед нами простирался… гоночный трек.

Ровный асфальт образовывал широкий овал с поворотами разной сложности. По краям были установлены защитные барьеры и даже трибуны для зрителей, правда, пустые.

А в центре трека стоял внедорожник — мощный, современный, явно только что с конвейера.

— Вот он, — с гордостью объявил Эдвард. — Первый автомобиль, полностью работающий на чистой энергии. Никакой скверны в любом виде.

Я обошёл машину, оценивая работу. Внешне она ничем не отличалась от обычных автомобилей. Те же линии кузова, те же колёса, салон. Но под капотом вместо двигателя, работающего при участии скверны, располагался компактный энергетический блок.