Едва заметные зазоры между камнями пола, образующие сложный паттерн. Нажимной механизм, активирующийся при весе больше определённого порога.

Я перепрыгнул через подозрительный участок и услышал за спиной тихое шипение. Обернулся и увидел, как из стен начал струиться бледно-жёлтый газ с резким химическим запахом.

Яд. Или кислота в газообразной форме.

Я усилил щит, не давая газу проникнуть к коже и лёгким, и поспешил дальше, прежде чем весь коридор заполнится отравой.

Конечно, я мог бы вылечить себя от токсинов и после их попадания в организм, но всё-таки предпочитал до этого не доводить.

Ловушки следовали одна за другой. Падающие блоки, выдвигающиеся клинки, скрытые ямы с кольями на дне, арбалетные болты, стреляющие из стен… Целый арсенал смертельных сюрпризов.

И всё — механическое. Ни единого магического заклинания. Только сталь, камень, пружины и противовесы.

Я начинал догадываться, с чем имею дело.

Несмотря на кажущуюся простоту и даже некоторую банальность в этом наборе ловушек, все они были сделаны далеко на уровне далёком от начинающего инженера.

Даже, казалось бы, обычная яма с кольями была настоящим произведением искусства с идеально подогнанными деталями и построенная так, чтобы прослужить не один раз, а столько сколько потребуется.

Такой уровень мастерства в механике был редкостью. Даже среди одарённых, которые специализировались на технологиях, мало кто мог создать настолько совершенные системы. Штайгеры, конечно, были хороши, но их стиль отличался. Они предпочитали массивность и надёжность изящности.

А здесь каждая ловушка была идеальным творением чьего-то безумного гения. Минимум деталей, максимум эффективности. Идеальный баланс между простотой и смертоносностью.

Я обходил ловушки одну за другой, иногда телепортируясь, иногда просто идя в обход, иногда полагаясь на щит. С каждой новой я всё больше убеждался в своей догадке.

Наконец, коридор вывел меня в более широкий проход, и я остановился.

Впереди, перегораживая весь туннель от пола до потолка, высилась баррикада.

Она была сложена из металлических листов, балок, шестерёнок и каких-то механизмов, которые я даже не мог опознать с первого взгляда. Всё это было скреплено болтами, заклёпками и магическими сплавами, создавая непроницаемую стену.

Но самое интересное было не это.

Вся поверхность баррикады двигалась. Шестерёнки вращались, рычаги поднимались и опускались, какие-то непонятные устройства щёлкали и жужжали. Это был не просто барьер — это был живой механизм, постоянно перестраивающийся и адаптирующийся.

Я сделал шаг вперёд, изучая конструкцию.