«Заматывай её паутиной! — скомандовал я. — Представь, что это жирная вкусная муха!»
Паукан меня понял, обнял бомбу и начал молниеносно шуровать всеми своими конечностями, постепенно покрывая слоем прочнейшей, и очень липкой паутины. То, что по прочности она не уступает стеклопластику, мы уже убедились — у нас все швы на этой паутине держатся. Прикинул скорость обматывания. Хм, ну, минут через пять можно вскрывать оболочку снаружи, она уже ни в прочности, ни в герметичности не потеряет, и по швам не расползётся. А главное — если вдруг бомба при попытке обезвреживания рванёт, это уже не будет так фатально, паутина частично защитит от взрыва. Вряд ли там очень мощная взрывчатка, много ли надо, по идее, воздушному шарику.
Выбираться самому или отправить Чипа?
«Чип, иди-ка сюда! Тебе ещё раз надо наверх смотаться!»
«Чип туда… Чип сюда…»
«Цыц! Держи! — я прошёл на кухню, выбрал самый маленький нож, и дал белкусу. — Надо прорезать оболочку и вытащить бомбу. Справишься?»
«Конечно!»
Отважный белкус выскочил снова в форточку и полез наверх.
И в этот момент то ли паук что-то задел, то ли сработал таймер…
Но я явственно услышал «щёлк».
Звонкий такой, металлический.
— ДЕРЖИСЬ!!! — успел заорать я.
А потом бомба рванула.
* * *
Взгляды жителей Клохера были устремлены в поле. Туда, откуда на них надвигалась беда. Джеймс Килпатрик, стоя на самом верху баррикады, с тоской оглядел свой городок, прощаясь, глянул в сторону океана, а потом снова перевёл взгляд на приближающуюся кавалерию.
— Какого хрена⁉
От неожиданности он аж ружьё чуть не выронил. С запада, вынырнув из утреннего прибрежного тумана немного правее армии разломных тварей, к городу на бреющем полёте приближался дирижабль.
Глава 15 Ништяк
Шарахнуло неслабо. Ощущение было, будто дирижабль резко провалился вниз, как оборвавшийся лифт.
Девчонки, кто спал, слетели с коек, а Ариэль подпрыгнула в кресле пилота, и приземлилась обратно на пятую точку, удержавшись за штурвал.
Но! Ущерб всё-таки был минимизирован. Ощущения падения не было, а значит, своей цели бомбисты не достигли.
Паучок, понятно, пал смертью храбрых, за что тут же был отправлен на перерождение, а мне нужны были глаза.
«Чип, ты там?»
«Да, хойзяя, Чип хорошо цепляться!»
«Давай, кабанчиком наверх, что у нас там».
Чип вскарабкался по канату быстрее, чем офигевшие инфрняшки поднялись с полу. Так что я переключился на зрение белкуса.
Так. Хреново. Но не совсем страшно. Из шести баллонов порвались только два, и что-то мне подсказывает, что судно может продолжать движение. Но вот ещё один баллон мне не нравится, кажется, это из него посвистывает.