Печать регенерации немного приглушила боль, но на всякий случай ремень между зубами я всё же зажал. Пошли часы томительного «рисования», выжигания чистой энергией контура в собственном астральном теле. Слой за слоем, линия за линией. Отдохнуть — только чтобы хлебнуть воды, запивая очередное ядро.
Первое голубое ядро, которое поменьше, ушло целиком на контур. Получилось идеально, а иначе и быть не могло. Будь у меня какие-то сомнения — я бы лучше остался на текущем уровне развития, чем рисковать остаться вообще без ничего.
Второе ядро, побольше, пошло на то, чтобы готовый контур запитать. Тут уж я ограничивать себя не стал. Ядро в правую руку, левую — в мешок с жёлтыми и оранжевыми ядрами, и погнали.
И когда вся энергия с такой прорвы ядер впиталась, влилась в контур печати… Она вспыхнула, как тропическая молния.
Кажется, я кричал в предутренних сумерках, то ли от боли, то ли от восторга. Печать, едва ли не самая сложная, встала чётко как надо. И теперь моя энергосистема способна проводить на порядки больше энергии, чем прежде. Вытянув руку со сжатым кулаком вверх, я выстрелил в небо настоящей молнией, и держал разряд несколько секунд, чтобы проверить печать. Всё просто идеально!
Вот теперь я, кажется, готов к изготовлению меча!
Времени до подъёма оставалось ещё пару часов, и я поехал домой, досыпать.
Единственное, что мне портило удовольствие от отлично проделанной работы над печатями — смутное ощущение, что я что-то делаю не так.
С этой мыслью я и уснул.
Глава 8 Что происходит в разломе — остается в разломе
Конечно, никаких гарантий, что собранный на коленке из говна и палок таймер Ариэль сработает, как настоящие часы, у нас не было. Тем не менее, время плюс-минус подошло. Пустынный разлом должен открыться сегодня, и будет лучше, если мы обнаружим его первыми.
Я погрузил в машину новый таймер, гномий тигель и купленные мной инструменты. Ещё пару брусков мифрила в рюкзаке, под сменной одеждой. А ещё тент от жары, пледы от ночной прохлады, чайник, дешёвенький одноразовый мангал, несколько пакетов угля, мясо и новые, девственные, никого-ни-разу-не-убивавшие шампуры. В качестве гарнира немножко овощей и ацтекские кукурузные лепёшки сиречь тортильи. Увы и ах, тоненького армянского лаваша в Арапахо-Сити днём с огнём не сыщешь, проще выпечь самому.
Сколько ждать неизвестно, а потому я собирался, как на пикник, рассчитывая провести это время с пользой и вкусно поесть. Последние дни с этим были проблемы; всё как-то на бегу, да на бегу.
Пока собирались, Нага чуть не лопнула от приступа остроумия.