«Пусти обра-а-а-атно! — медведя аж трясло от ярости. — Я им жо-о-о-опу разор-Р-рву-у-у!»

А он ещё и азартный! Ладно, чо? Призвал Лунатыча повторно. Но вместо того, чтобы бездумно броситься в атаку, мой фиолетовый бархатный друган припал на передние лапы и мотнул головой, мол, залезай.

Ах-ха-ха!

Похоже, у нас тут намечается кавалеристская схватка! Для разнообразия — самое оно!

Я вскочил на спину Михаилу Лунатовичу, устроился поудобней и поудобнее перехватил рукояти мечей. Пчеломедведь взревел и мы понеслись на врага, который был уже вот-вот, буквально в двух шагах. Первый размен случился уже через секунду. Я снёс голову всаднику, а Лунатыч лапой разорвал бочину его скакуну, да так, что замучаешься кишки обратно запихивать.

Итак.

С кем мы имеем дело?

Разломная фауна не устанет меня поражать. Ну… на то ведь Вселенная и бесконечна, верно? Короче, мы встретились с наполовину разумными товарищами, которые походили на антропоморфную смесь орла и волка.

Серьёзно.

Серое, сутулое мохнатое тело с суровой такой белой пернатой головой. Лапы тоже птичьи, острые, тёмно-оранжевого цвета, — как будто морковка, которую только что из земли выдернули. А вот скакали они верхом на самых обычных, привычных и даже немножечко милых сердцу носорогах.

Почему я счёл волкорлов полуразумными?

Да потому что эти черти были вооружены. Пускай простенько, но всё равно — это ведь ещё додуматься нужно, чтобы палку заточить. Да и носорога одомашнить не у каждого получится. Интересно, как умудрились? За ушком почесали и вкусняхой угостили?

Волчару пернатую я трогать не стал, — пускай себе обживается по новому месту прописки, — а вот носорога тут же выдернул из Океана обратно в жестокий материальный мир и приказал убивать себе подобных. Будет нам с Лунатовичем подмога.

— Уэ-э-э-ээ!

Признаюсь честно, я нарочно затянул бой. Если бы я воплощал всех носорогов подряд или залез в загашник, мы управились бы гораздо быстрей. Однако после недели в гондоле я не смог отказать себе в удовольствии размяться.

Минус — погибла часть урожая.

Плюс — если трупы не убирать, то в следующем году на разломном перегное хмель попрёт, как на дрожжах.

Так… Теперь бы понять откуда эти черти лезут.

— У-э-э-э, — сказал Лунатович, что можно было перевести как «туда», и поскакал к обрыву. Похоже, что у мишки имбалансный нюх. Галочку себе поставил, потом при случае использую.

Что ж…

Все вопросы отпали. Неудивительно, что местные умудрились дотянуть до прорыва. Они попросту не заметили разлом. Он образовался между скал за полем хмеля. Должно быть, сюда никто и никогда не ходил.