— Согласись, это куда интимнее того, о чём подумала Нага? — не удержался я от подколки.

— Ой, да пошла она! — отмахнулась Ариэль. — Да, мне доводилось работать в кузнице, но в качестве… принеси-подай, пойди на*** не мешай, — добавила она по-русски.

— Собственно, примерно в этом качестве ты мне и понадобишься, — улыбнулся я. — Но к тому же в процессе мне придётся приоткрыть тебе пару тайн из числа тех, о которых мы с тобой договорились друг друга не спрашивать.

— Это… действительно очень интимно, — принцесса облизнула губы. — А ты сам? Ну, с молотом и наковальней?

— Давным-давно мне приходилось сталкиваться с кузнечным делом, — напустил я тумана.

— Давным-давно? — Ариэль скользнула по мне взглядом. — Тебе сколько лет-то вообще?

— В нашем мире дети рано взрослеют, особенно в России, — выкрутился на отшибись, но так мы вроде бы уже говорили про неудобные вопросы. — Так вот. У меня есть что плавить, есть где плавить и есть чем плавить. Но как бы хорош я ни был… а я, прошу заметить, чертовски хорош…

— Ничуть не сомневаюсь! — хохотнула Ариэль.

— … мне всё равно не обойтись без помощников. При этом ты — единственная живая душа, которая в курсе про мифрил. Так что тебе придётся мне ассистировать. Так каков будет твой положительный ответ?

— Шутишь? — Ариэль подалась вперёд, и грудь её высоко вздымалась от волнения, а глаза прямо-таки горели огнём. — Поработать с мифрилом, подумать только! Само собой я согласна! Такого предложения мне ещё никто не делал!

— Тогда нам надо начинать готовиться. У нас три дня, — я поднялся с дивана.

— Так ты хочешь в той гномьей кузнице… заняться этим? — уточнила она.

— Конечно. Там же считай всё есть, не хватает только мелкого инструмента и формы. Всё же кузнец из меня так себе, и выковать достойный клинок у меня вряд ли получится. К счастью, клинки из мифрила можно не только ковать.

— Слушай, — нахмурилась Ариэль, — но зачем так заморачиваться? Ведь мифрил сам по себе подарок!

— Да, так и есть, — согласился я. — Вот только если заявить во всеуслышание, что он у нас есть, у всех появится один и тот же вопрос.

— Сколько? — догадалась принцесса. — И никто не поверит, что это всё, какую бы цифру ты ни назвал?

— Вот именно. А уникальный меч, найденный в разломе в Йеллоустоунском эпицентре? — я пожал плечами. — Любому идиоту сразу понятно, что там, где взял — там больше нет. Не понравится баланс — переплавит.

Осталось продумать лишь один момент.

Чью именно душу мне вытащить из Океана и вколотить в меч? Морского змея? Гигантского осьминога? Кислотную паучиху? Или трёхголовую макаку-артефакторшу? М-м-м-м… Боюсь, что нет.