— Артёмушка, сынок, — пробормотала она, гладя меня по щеке. — Ты уже совсем взрослый стал. Мужчина.

Голос её дрожал, и было видно, что она едва сдерживает слёзы. Мне оставалось только улыбнуться. А что ещё тут скажешь? Как утешить женщину, потерявшую брата? А потерявшую мужа, которого любила, и который всех предал? Слова казались неуместными.

Тётя Оля тихонько всхлипнула и потянулась к бокалу.

— Это ведь не поможет, — заметил я.

Она посмотрела на меня мутным взглядом и кивнула.

— Ты прав, Тёма. Ни черта это не поможет. Но хоть не так больно, — и одним глотком закинула в себя коньяк, даже не поморщившись.

Я вздохнул и присел рядом с ними. Помолчали. Ну не буду же я мешать им напиваться. Да и, честно говоря, если бы не отъезд — может и присоединился бы. Тётя Оля права — помочь не поможет, но хоть не так паршиво.

Потом мама вдруг встрепенулась и посмотрела на меня почти трезвыми глазами.

— Сынок, ты ведь улетаешь сегодня?

— Да, мам. Через пару часов уже. Вернусь примерно через месяц, может, чуть раньше. К вам будет принцесса Анна заходить, у неё будут все новости, даже те, которые я по телефону не смогу рассказать.

Она схватила меня за руку и сжала с неожиданной силой.

— Ты береги себя там, слышишь?

— Обещаю, — улыбнулся я. — И вы носите те браслеты, что я подарил.

С браслетами я пошёл по пути наименьшего сопротивления, просто разместив на наше производство «внутренний» заказ на заготовки. На каждом браслете теперь красовался наш фамильный герб. И в каждом — свой теневой ёжик, которого я подселял в момент вручения.

Она кивнула и прижала меня к себе, а я обнял её в ответ. От неё пахло коньяком и горьким шоколадом.

Расцепив объятия, мама кивнула на дверь.

— Тебе пора собираться. Иди, сынок, не мешай нам тут… предаваться унынию, — она вздохнула. — Но я ещё приду тебя проводить!

Тётя Оля только молча махнула рукой.

Я вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь, и пошёл собираться.

В коридоре меня нагнал Володя.

— Как она? — спросил он, кивнув в сторону маминой комнаты.

— Там ещё и тётя Оля. Держатся, — вздохнул я. — Не лучшим образом, но что поделать.

Володя сочувственно похлопал меня по плечу и прошёл со мной в комнату. Пока я доставал чемодан и складывал вещи, он молча стоял у окна, глядя на улицу.

— Жаль, нельзя отложить отъезд, — вздохнул он наконец.

— Нельзя, — покачал я головой, не прерывая сборов. — Мы и так едва успеваем на лайнер.

— Да, конечно…

Он ещё что-то хотел сказать, но в этот момент в комнату влетела Нага, как всегда, без стука, а за ней зашли Ариэль и Аня.

— Ариэль готова! — громогласно сообщила Нага. — А ты чего, как вор на ярмарку собираешься?