Следом за мной вышли остальные.

— И к матери загляните! — крикнул вдогонку император своим детям.

— Ага, конечно, — прикрыв дверь отцовского кабинета, тихонько пробормотала Аня, — зайдёшь воды попить, а тебя домой загонят и не выпустят.

— Не, Ань, неделю не виделись, надо заглянуть, — Володя что-то прикинул. — У нас командир есть, и операция санкционирована отцом. Не загонит.

А я с таким умилением наблюдал за ними! Два подростка, которые хотят подольше погулять, честное слово!

— Идём к машине, — хмыкнул я. — Надо ваши доспехи выгрузить и дракошу. Пока я добираюсь до Арапахо, вам надо будет привести новеньких в порядок.

— Отвести их в ротонду? — сразу догадалась Ариэль.

— Да, — кивнул я уже на ходу. — Лекса должна уметь работать с энергоканалами, Нага и половина инферн — целительницы, а в ротонде концентрация энергии выше, чем в радужном разломе. Оружие дед подберёт. А хотя оно только гному и нужно, остальные новенькие сами себе оружие.

ㅤ

Всё же транспортировать драконицу в моей машине мы не стали. Она там в кузове, может, и поместилась бы, но к чему издеваться над ней. И так не в лучшем состоянии. Вместо этого Володя поговорил с начальником гаража, и тот быстро нашёл подходящую машину. Нечто среднее между автобусом и грузовичком, предназначалась для перемещения отрядов спецназа. В просторном кузове вдоль бортов имелись откидные сиденья, которые легко складывались, освобождая достаточно места. При этом задний борт можно было открыть полностью.

В отдельном боксе, чтобы не смущать честной народ, я вынул золотую драконицу из криптора. Та среагировала мгновенно — прижалась к полу, напружинилась, даже зашипела. Ни дать ни взять — большая кошка.

— Спокойно, девочка, спокойно, — я вложил в голос толику дара убеждения. — Все свои. Понимаешь меня?

Тело драконицы чуть расслабилось, она даже голову приподняла, так, что наши глаза оказались на одном уровне.

— Дааа… — она попробовала ответить, и у неё получилось. — Этооо дааар той богииини?

Звуки у неё получались почти чисто, но человеческая речь всё же давалась с трудом, и она тянула гласные на манер драконьего языка. А голос оказался очень низкий, мягкий, но проскакивали в нём такие рокочущие нотки, что вибрация пробирала до костей и зубы сами собой постукивали. Не при Лаве будь сказано, но дракон — это всё же дракон. Чувствуется мощь.

— Той, той, — кивнул я. — Тебя как зовут, красавица? Так ведь и не познакомились.

— Ариксарис, — своё имя она произнесла без искажений.

— Не возражаешь, если мы будем звать тебя Ри? — мягко спросил я. — Мы сокращаем имена, когда общаемся с друзьями.