Завидев моё появление, мой взвод сразу подобрался и словно навострил уши, ожидая моих указаний.

— Нас распределили к десятой казарме, — произнёс я громко. — Служивые. Путь покажите. — Обратился я уже к солдатам секунду назад болтавшим с моими людьми.

Через час настал вечер, и солнце практически зашло за горизонт. К этому времени я уже успел определить раненых солдат в лазарет, а остальных в явно заброшенную и грязную казарму. После этого, я не дожидаясь, когда прогреется баня и вскипит вода в баках, смыл с себя грязь и кровь, вымывшись холодной водой, переоделся в чистую выданную форму офицера, которая правда слегка жала в плечах. Вот только форма была не новая, а потёртая и местами даже зашитая. Но и на том спасибо.

Вот в таком виде я вновь отправился в лазарет, проведать солдат и узнать оказали ли им всю необходимую помощь.

Идя по можно сказать улочкам гарнизона, где проживали не только солдаты, но и простые люди, я не только шёл по делам, но и изучал местность.

И вот когда я миновал несколько улиц, на которых по своим делам ходили жители этого места, у входа в лазарет я столкнулся нос к носу с теми, кто недавно в спешке покидал Малиновский острог.

Одетые как с иголочки без явных следов изнурения они выходили в двери лазарета, а на их лицах читалось приподнятое настроение, от которого у части аристократов не осталось и следа, когда ни увидели мою персону.

— Ты? — Вытаращил на меня глаза капитан первого ранга, на груди которого на новом мундире красовалось пара сверкающих медалей.

— Честь имею, господин капитан первого ранга, — отсалютовал я мужчине и всем кто был с ним, а с ним были. Два офицера гвардейского полка императора, два коллежских чиновника, и две женские особы, одна из которых всё ещё пребывала в женском мундире, и все они сейчас с удивлением и непониманием смотрели в мою сторону.

Все эти люди таращились на меня словно на живого мертвеца, который словно откидывал тень на их благородное свечение.

— Но как ты? — протяжно, таращась на меня, протянул капитан. — Вы что, оставили после нашего отъезда самовольно боевую позицию?

— Никак нет, — наградил я холодным взглядом, от которого аристократ неосознанно дёрнулся телом, а он сам на секунду потерялся. — Боевая задача выполнена. Враг был уничтожен. Руководствуясь дальнейшими указаниями, взвод покинул Малиновский острог и прибыл в Измайловскую заставу.

— Уничтожен⁈ — опешил от моих слов полный мужчина в коричневом костюме. — Полтысячи османских солдат убиты кучкой солдат, у которых ни капли родовой силы нет? Да кто в это поверит.