— Унтер-офицер, — обратился сразу ко мне плечистый и абсолютно лысый мужчина в чине генерал-майора, которому на вид было уже за пятьдесят лет. — Вас пригласили сюда для разбирательства в событиях Измайловской заставы. Вам Оражен вменяют неподчинение приказам. Нападение на вышестоящего офицера. Присвоение себе неподобающего звания, и взятия силовым путём командования над солдатским составом и офицерами Измайловской заставы. Также взятие под стражу руководящего офицерского состава Измайловской заставой. Принятие решения покинуть военному формированию, вверенному ему место дислокации. Ещё вам приписывают возможное дезертирство из Малиновского острога вместе с взводом, над которым вы самолично взяли командование. Пока допрашиваться младший офицерский состав, которым также вменяется часть вышесказанного вам. Я как комендант начну разбирательство с вами Оражен. Сделайте два шага вперёд.

Я выполнил, что было сказано под взгляды офицерского состава Измаила, и тех, кто был в их присутствии. Непосредственно всех офицеров Измайловской заставы во главе с заместителем коменданта, а также той малой части делегации, которая всё же смогла добраться до этого места живыми, во главе которой стоял капитан первого ранга Глеб Викторович и его верный товарищ статский чиновник Фёдор Иванович. Которые сейчас чуть заметно улыбались.

— Генерал-майор, — раздался за моей спиной женский голос. — Я же помнится, вас просила обождать. Но коли вы начали так поспешно, да и заявили такой широкий список заслуг унтер-офицера Оражена, предоставленный вам собравшимися тут офицерами. То давайте его дополним.

— Ваше высочество. Что вы хотите дополнить по данному делу? — Произнёс комендант Измаила, а офицеры Измайловской заставы побледнели, услышав обращение к Александре, и мне даже показалось, сделали шаг назад.

— Ну, во-первых, мне даже слегка обидно, что про меня в этих обвинениях нет ни слова. Я также принимала непосредственное участие в тех событиях. Ведь именно я назначила Оражена комендантом, и до возвращения в Петербург у меня есть такие полномочия. Так как было на тот момент понятно, что приказы капитана, который выполнял на тот момент роль заместителя заставы, приведут к неминуемой гибели большей части военного состава и мирных жителей той территории, а враг одержит сокрушительную победу. О чём и заявил унтер-офицер Оражен. Но не был услышан Евгением Павловичем, который как вы видите до сих пор в парадно выходном мундире. Ведь его цель была быть замеченным и взятым в плен, а не сохранение личного состава гарнизона, или защита мирного населения нашей с вами империи.