Глаза Анастасии сузились и блеснули, но при этом она осталась зрительно спокойной.
— Может поначалу, так и было, — как ни в чём небывало ответила Настя. — Думаю, любая аристократка изначально была бы шокирована помолвкой с простолюдином. Отсюда и первичное отторжение и негодование. Но потом я решила дать Григорию шанс. Однако вы знаете, чем всё кончилось.
— Знаю. И вы так спокойно об этом говорите. Помолвка вызвала у вас негодование, что вы практически целое полугодие в царском лицее не упускали случая высказывать своё фи в его адрес. А весьма громкий скандал, который мог наложить несмываемый отпечаток на ваш род. Не вызвал у вас и у вашей семьи даже такого отклика. Вы же аристократка, — криво улыбнулась Александра. — А с вами так обошёлся простолюдин. Но никаких действий ваша семья не предпринимала. И вы даже сейчас беседуете со мной в таком русле, что всё, так и должно быть.
— Александра Романовна, — подалась слегка вперёд Анастасия. — Оражен получил наказание за свершенное. И какой вам в этом интерес. Вы ведёте себя как дознаватель. По какой причине я должна вам рассказывать, что и как между нами было. Может мне ещё припомнить и поведать вам, сколько он раз брал меня за руку, или вам интересно насколько низко могла зайти его поддерживающая рука в танце, или в другой ситуации, — наградила Анастасия Владимировна княжну имперской крови саркастической улыбкой. — К тому же он всё-таки спас мою сестру от покушения. Только за это можно многое ему простить, а остальное он искупил в приписанном ему наказании.
Да он больше не мой официальный жених. Но это не уменьшает факта, что ранее мы шли и готовились к тому, чтобы стать мужем и женой, от чего между нами могли зародиться определённые чувства. К тому же, как вы назвали громкий скандал, был вокруг нарушения правил царского лицея и нанесение вреда учащимся и учительскому составу.
Да Григорий общался на учебной территории с моей младшей сестрой. Но не забывайте, что он изначально был представлен моей семье как МОЙ жених, и естественно мог общаться как с ней, так и к примеру с моим отцом или бабушкой и матерью. Так зачем моей семье принимать какие-то действия. Так как во всей этой ситуации мы фигурировали только косвенно. А вот кому и надо принимать меры так это учебной и полицейской канцеляриям, дабы охрана была лучше, и тех, кто хотел убить мою сестру, искали тщательней.
Александра смотрела на говорящую белокурую девушку, которая сейчас явно была раздражена, но сем своим видом старалась этого не показывать и сама начинала неосознанно раздражатся.