— Но это больше похоже на домыслы проклятых империалистов, — усмехнулся Глеб.

— Ты не хочешь в это верить? Не хочешь даже помечтать, что Роэйрин — человек, преследовавший нас от самой Присты и старавшийся убить, теперь мучается в застенках у чекистов или в лабораториях военных? — галиянка наклонилась к нему, сверкнув похожими на темные звезды зрачками. — И если он действительно жив, то нам придется вытаскивать его из плена. Представляешь его лицо, когда он увидит, что спасли его именно мы?

— Роэйрин выполнял приказы Леглуса и вряд ли знал, что на «Тезее» находится наследница имперского трона. Он преследовал нас, как преступников, убивших графиню Олибрию, — повторяя версию Саолири, Быстров освободился из ее горячих рук. — Полистаю немного еще. Если ужин готов, зови пристианца.

— Готов, — Ивала окинула взглядом стол, с разложенными пакетиками всевозможной гастрономии и вскрытыми консервами. — Попробую еще вызвать Сашку.

Она повернула браслет на запястье и отыскала код Шурыгина. Тоненький писк неожиданно изменил тональность. Это означало, что сигнал принят.

— Полковник Иванцов слушает, — раздался громкий голос из браслета Ваалы.

— Стальная Алона! — прошептала галиянка, напрягаясь словно пружина и глядя широко раскрытыми глазами на Быстрова. — Ответили! Он не умеет пользоваться метальным каналом.

Глеб вскочил со стула и, поднеся ее руку ближе ко рту, одновременно стаскивая с нее браслет, произнес:

— Добрый вечер, полковник. Мы хотели бы обговорить важный вопрос, — одновременно Глеб снял свой браслет и протянул его галиянке, указывая пальцем вверх.

Она не сразу поняла его замысел.

— С кем имею честь? — все так же громко проговорил Иванцов.

— Быстров Глеб Васильевич, — Глеб торопливо начертил в воздухе пристианский знак «Тир» и снова вскинул палец к потолку.

После этого Ивала догадалась, что от нее требуется скорее связаться с «Тирату» — с эсминца можно было вычислить местоположение браслета Шурыгина, пока тот был включен. Стремительная как валькирия, галиянка перелетела через стол, загораживающий проход, и выбежала в дальнюю комнату.

— Быстров… Мне ваше имя ни о чем не говорит, — после небольшой заминки отозвался полковник, но Глеб спинным мозгом прочувствовал, что тот лукавит.

— Это не столь важно, господин Иванцов. Если возникнет необходимость, мы найдем способ познакомиться поближе, — заметил Быстров, потянувшись за сигаретой.

— Я немножко не понимаю: это угроза?

— Нет — это констатация факта. Я мирный человек и самые острые вопросы стараюсь решать убеждением, — держа браслет Ивалы перед собой, Быстров щелкнул зажигалкой.