— Море, — без особой охоты произнес Ит. — И, кажется, в нас кто-то стрелял. У меня, знаешь, с подобным эпизодом связаны не самые лучшие воспоминания, поэтому проснулся я… как бы сказать… сейчас хоть трясти перестало.
— А что за эпизод? — нахмурился Пятый.
— Скрипача подстрелили, на моторной лодке, когда мы от погони уходили. Он сам тогда подставился, придурок, — Ит отвернулся. — Еле спасли. Не люблю про это вспоминать. Это давно было, но… от этого не легче. Волнение сильное, лодку мотает, солнце в просветах туч, блики на воде, и — гильзы летят, и крутятся в воздухе, потому что он стрелял… к чёрту, не хочу об этом. Хорошо хоть ночевал один, — секунду спустя добавил он. — Потому что, кажется, я орал. В реальности тогда не орал, а сейчас… некоторые вещи в нас сидят порой гораздо крепче, чем хотелось бы, — признался он. — Так что море, оно для меня далеко не всегда было связано с чем-то хорошим. С таким — тоже. Извини, что я про это сказал. Наверное, зря.
— Не думаю. Ит, мне тоже снилось море. И там тоже было нечто совсем не хорошее, — признался Пятый. — Но я не помню, что именно.
Они посмотрели друг на друга.
— Давай по сигарете, и спать, — предложил Ит. — А это… просто запомним, и примем к сведению. На всякий случай.
— Да, — согласился Пятый. — Именно что на всякий случай.
Глава 2. Законы мира пребывания
— То есть вы, согласно генным картам, старшие братья, от одной матери, и вы — врачи, — таможенник вперился в визуал. — А вы… младшие братья, от другой матери, стажеры. Но почему тогда схожие генные карты?
Таможенник был человек, и с первого же его слова стало понятно, что рауф он не то чтобы недолюбливает, но относится к ним с подозрением.
— Я только что объяснил, — Скрипач страдальчески поднял взгляд к потолку. — Матери — разные, но они сестры. Генетический материал наша мать дала их матери, что не ясно? У их матери бесплодие. Яйцеклетки подарила сестра. Родная. Их мать вот этих двоих братьев выносила и родила, и при этом…
— Но почему модификации под людей практически одинаковые? — непрошибаемый таможенник свернул визуал, и уставился на Скрипача. — Неужели нельзя было сделать хотя бы разные лица?
— Потому что особенности строения скелета, и так дешевле, — спокойно ответил Ит. — Вам-то какое дело? Да, мы похожи, но это, кажется, нигде не запрещено.
Вот про «дешевле» таможенник, кажется, понял.
— И почем это обошлось? — спросил он с интересом. Ит назвал сумму, таможенник присвистнул. — Недешево. Год работы.
— Всё давным-давно окупилось уже, — пожал плечами Скрипач. — Потому что выгоднее работать с тремя расами, чем с одной.