— Эта Светка Герасимова реально была у него в руках! Он пичкал ее Сферам, промывал мозги и, когда она достигла нужного уровня отмороженности, отправил в Фаустово, чтобы в нужный момент выскочить из-за угла и взорвать тебя к черту! Берегись, она может подстерегать тебя где угодно!

— Уже поздно, — вздохнул я. — Светлана Герасимова мертва уже сутки.

— Что⁈ — охнула Герда.

— Что?.. — пискнула Света, то краснея, то бледнея. Улыбнувшись самой теплой из улыбок, я погладил ее по голове.

— Она попыталась с наскоку поглотить Омскую Сферу и сгорела на месте. Бывает. Как ты там?

— Эмм… нормально, — ответила Герда. — Спасибо, что спросил. То есть, помощь уже не нужна?

— Нет, спасибо за заботу в любом случае. Увидимся во Владимире.

Я отключился, а затем посмотрел на охреневшую Светлану.

— Что ж, свой удар ты нанесла, — сказал я, проведя пальцами по ее щеке. — И облажалась.

— Прошу… — проговорила Герасимова. — Пощадите. Я буду хорошей… Я буду вашей собакой! Только не отдавайте меня этой женщине!

— Вот-вот, уже неплохо! — хохотнул я. — Гама, мне уже впору коллекцию собирать. За меня бьются Скалозубовы, Берцовские, Кречетовы, Воротынские, Саблины, Болконские, Толстые… и вот теперь и Герасимовы вернулись под родную кровлю!

Светлана хлюпнула носом и прижалась щекой к моей ладони. Иной защиты у нее больше не было.

— Впрочем, я не так глуп, чтобы верить вам на слово, дорогая Светлана Александровна! — сказал я и безжалостно убрал руку. — Вашему отцу, чтобы поставить мозги на место, пришлось пережить адские муки, а потом искупить вину кровью. Вы думаете отделаться меньшим?

При этих словах Гама оскалилась как тигрица. Маша же хихикнула.

— О, нет, мои кровожадные подруги… — покачал я головой и положил руки на голову дрожащей девушки. Она медленно успокоилась и, зарывшись носом мне в ладонь, прикрыла глаза.

— Мы поступим с ней по-другому, — продолжал я, поглаживая ее по голове. — К тому же, полагаю, ее благородие усвоила урок… Усвоила же?

Света раскрыла глаза и закивала.

— Да, да! Я хорошая!

— Умница! Не будешь же идти против руки, которая легко может раздавить тебя как яйцо?

И я решительно надавил пальцами на ее вмиг вспотевшую головку.

— Не буду!

— Хорошо! Значит, будешь моей верной слугой, моим оружием, продолжением моей руки?

— ДА, БУДУ! Я ВАША, ХОЗЯИН!

— Вот это другой разговор! Теперь дело за малым… Гама, поможешь?

— Обязательно, — сказала Амальгама, вставая рядом.

Светлана перевела глаза с моего лица на лицо нексонианки. В них снова просыпался дикий страх.

— Только мне понадобятся нексоридовые спицы…