— Василий, ты можешь открыть дверь⁈ — обернулась к дворецкому смертельно бледная Анастасия.

— Отойдите, — сказал Зубр, отодвинул девушку плечом, и напитал кулак силой.

Главное не перестараться и не разнести дверь вместе со всеми внутри…

Он вдарил в дверь без замаха, и окованная металлом поверхность лишь дернулась. Хмм, совсем забыл, что Михаил Александрович зачаровывал древесину. Обычная дверь уже давно бы разлетелась в щепки после такого удара.

Значит, придется приложить чуть сильнее…

И едва Зубр напитал кулак для борьбы с Таурусом, как замок щелкнул, и дверь сама собой приоткрылась.

За ней показалась Гама. При этом крики из кабинета зазвучали втрое громче.

— Прошу прощения, но хозяин занят! Проводит разъяснительную работу! — сказала она, улыбнувшись, и тут же захлопнула дверь у них перед носом.

* * *

— Что-то она долго… — проговорил Коля Кречетов, посматривая на избу, из которой не раздавалось ни единого звука. — Вдруг что-то случилось?

Они с Дашей, Костоправом и его псом, Джеком, расположились на лавочке у сарая. Охранники Кречетовых ждали у машины.

— Ничего не случилось, — вздохнул Костоправ. — Дай девочке побыть одной. Я ее понимаю. Когда-то давно у меня тоже была любовь всей жизни…

— И что с ней стало? — спросила Даша.

— Она оказалась полной сукой, и мне пришлось делать ноги, — ухмыльнулся Костоправ и сунул руку под телогрейку. — Но, чую, мы с ней скоро встретимся…

И он почему-то посмотрел на небо, где висела бледная громада Нексуса.

— Хочешь? — спросил лесник и сунул Коле фляжку, от которой сильно несло спиртом.

— А… можно? — спросил Коля, скосив глаза на охранников. Даша хихикнула.

— Пока мамка не видит, все можно, — подмигнул ему Костоправ. Кречетов-младший, ухмыльнувшись, взял фляжку и пригубил.

— Фу! Гадость какая!

— Дай сюда, — осмелела Даша и тоже приложилась.

Мигом покраснев, она отняла горлышко ото рта и закашлялась. Очки закачались у нее на ухе.

— Вот! Вы побольше хлебните, ваше благородие! Чтоб, так сказать, до кончиков пальцев дошло.

Коля выхватил у очумевшей Даши фляжку, сделал глубокий вдох и опрокинул ее. Тут нутро обожгло так сильно, что он едва не полетел на землю. Даша захохотала.

— Вот так, ваше благородие! Вот так! — закивал Костоправ, похлопав кашляющего Кречетова-младшего по спине. — А теперь, молодые люди, дайте обратно, а не то…

И вдруг изба разразилась диким карканьем.

— Ой… — пискнул Коля и сунул Костоправу фляжку. — Кажется, я перебрал?

— Нет, это…

Он не договорил, как окна избы вынесло наружу и на улицу вылетела туча воронов. С отчаянными криками они забились в воздухе, закружившись вокруг дома как черный вихрь.