— Это не совсем слова, — произнес он. — Но я хочу передать вам несколько писем, в том числе два особенно важных. — Первое — от принца Бариона, который выражает свою поддержку Лейру. — Он поднял повыше письмо с королевской печатью, и зал снова затих. Я видел, как глаза старейшин расширяются от удивления. — Второе письмо — от старейшины Ульмана, также выражающего свое полное одобрение стремлениям и амбициям моего племянника. — продолжил Риган, показывая конверт с печатью в виде львиной лапы. — Авторы остальных писем может быть не настолько известны, но обладают немалым весом в своих кругах. И все они крайне одобрительно отзываются о Лейране.

После слов отца и Ригана в зале наступила тяжёлая пауза. Шёпот стих, и все взгляды устремились на старейшин главной ветви, ожидая их реакции.

Но прежде чем они успели заговорить, из толпы шагнул один из представителей побочных ветвей клана Регул. Это был мужчина средних лет с седеющими висками и строгим, но не лишённым доброты лицом. Его звали Талон иф Регул.

— Лейран, — начал он, его голос звучал сдержанно, но уважительно, — действительно внёс значительный вклад в развитие Львиной Арены, а также помог мне лично вычислить злостного растратчика. Его работа заслуживает признания, и мы не можем игнорировать его потенциал.

Я поймал взгляд Талона и, улыбнувшись, благодарно кивнул. Его слова, возможно, не были и не могли быть решающими, но они действительно многое для меня значили.

Затем поднялась ещё одна представительница побочных ветвей, ее звали Гариана. Полгода назад она была одной из старших администраторов Арены и после смерти Конрада стала заместителем главы.

Прямой связи между смертью Конрада и мной мы с отцом, разумеется, старались всячески избегать. Но она скорее всего что-то просекла и решила для себя, что грамотнее будет с нами сотрудничать.

Впоследствии она всячески помогала мне, как раз и сделав возможным настолько масштабные изменения в инфраструктуре арены, произведенные по моим предложениям, основанным на воспоминаниях из прошлой жизни.

— Я поддерживаю слова Талона, — сказала она, её голос звучал твёрдо. — Лейр доказал, что его более чем достоин внимания и одобрения. Мы не можем игнорировать его вклад, уже даже немного влияющий на весь клан. Его работа заслуживает признания, и мы должны дать ему шанс доказать свою силу.

После них выступили еще несколько человек. В основном те, кто был так или иначе связан со столичной ареной.

Пока они говорили, я заметил, как одна из старейшин главной ветви — пожилая женщина с седыми волосами и проницательным взглядом — следит за мной с немного иным, чем у остальных, выражением. Не презрением, не недоверием, не безразличием и даже не любопытством. Скорее… с одобрением?