— Он жив? — спросил он без обиняков.

— Жив. Но он больше не испособен использовать Поток. Я пришел просить позаботься о нем. Обеспечь ему покой. Он заслужил его после всего того, что с ним произошло.

Курт изучал меня еще несколько секунд, затем снова кивнул, на этот раз более решительно.

— Я бы в любом случае не оставил племянника, но я тебя услышал. Я сделаю.

Затем он снова уперся в меня взглядом, возвращаясь к прерванной мысли.

— Но это не отменяет необходимости сопровождения. Вулкан или нет, ты один в логове врага…

— Я один пройду там, где группа будет замечена и уничтожена, — перебил я его, и мой голос зазвучал с новой, стальной уверенностью. — Мое одиночество — моя лучшая маскировка. А моя стадия — это мой козырь. Который я не намерен раскрывать раньше времени.

Мы смотрели друг на друга через стол. Он видел в моих глазах не юношеский задор, а холодную решимость. Решимость, оплаченную кровью моего отца.

Курт тяжело вздохнул. Это был звук капитуляции перед неизбежным.

— Как хочешь. Но, возможно, тебя заинтересует другое предложение? Что, если сопровождать будут не тебя, а ты?

Он сделал паузу, давая мне вникнуть в его слова.

— Сила Вулкана, даже начальная… — он покачал головой, и на его губах на мгновение появилось что-то похожее на холодное подобие улыбки. — Это не стоит скрывать. Это знак отличия. Пропуск в самые высокие круги. И если ты будешь использовать ее, чтобы защищать кого-то по-настоящему важного, то тебе будет намного проще преодолеть кордоны и проверки. Фактически, тебе скорее всего даже не придется их проходить.

Я смотрел на него, мысленно прокручивая схему. Она была странной, но я бы не сказал, что совсем глупой. Прямота вместо скрытности. Демонстрация силы вместо ее сокрытия. В этом была своя логика.

— И кому же я буду приставлен? — спросил я.

— Восьмая принцесса. Юлианна иль Полар. Она совершает визит в Холодную Звезду под предлогом возобновления культурного обмена. На деле же это будут переговоры касательно возвращения в Холодную Звезду пойманных нами агентов. Ее свита укомплектована дипломатами и придворными, но, думаю, для одного дополнительного телохранителя место найдется. Тем более что если ты присоединишься к ее кортежу неофициально, не как представитель Регул, у других кланов не появится никаких претензий по этому поводу.

Я поморщился. Юлианна иль Полар. Восьмая принцесса. Та самая, в чьих лабораториях проводились чудовищные эксперименты, и чья приближенная, Розовая Бабочка, уже дважды пыталась меня завербовать. Ирония.

— Мне все равно будут нужды документы, — заметил я.