После завершения обучения в центре стажировки у членов побочных ветвей клана было три пути.

Первый, если кадет оказался полным бездарем — назначение на какой-нибудь относительно важный пост в семейном бизнесе. Второй, если кадет, наоборот, показал невероятно выдающиеся результаты — присвоение фамилии иль Регул и включение в главную ветвь, после чего в большинстве случаев талант брал под крыло какой-нибудь старейшина.

Третий же, промежуточный вариант, если кадет оказался талантливым, но все-таки недостаточно для главной ветви, его ждала одна из нескольких Академий Прайда, где готовили элиту клана.

Академий было несколько, но если планировалось участие в борьбе за позицию наследника ветви, то вариант был только один: Мудрый Прайд.

— Через четыре дня уезжаем, — подтвердила Ива, резко вставая и подходя к окну. Ее пальцы нервно барабанили по подоконнику. — Еще три года обучения, потом три года стажировки. Если останемся на уровне, начнется настоящая гонка против Шейрана.

Я откинулся на спинку кресла, наблюдая, как последние лучи солнца играют на позолоченных деталях ее мундира.

— Тебя это не устраивает, — констатировал я, замечая, как ее плечи напряглись.

Она резко развернулась.

— Я не хочу быть главой ветви! — вырвалось у нее, и ее голос дрогнул. — Я не хочу целыми днями разбирать жалобы и считать финансы! Я… — она сжала кулаки, — Я воин, Лейр. Всегда была. С самого детства.

Этан вздохнул, потирая переносицу:

— Главная ветвь уже утвердила назначение. Но…

— Но если кто-то и сможет это изменить, так только ты, — закончила за него Ива, устремив на меня горящий взгляд. — У тебя есть связи среди старейшин. Йораниан, Курт… Они тебя слушают.

Я медленно выехал из-за стола, подъехав к окну рядом с сестрой.

— Академия Яростного Прайда? — спросил я, хотя ответ опять же был очевиден.

Ива кивнула, ее глаза горели. Яростный Прайд выращивал генералов, стратегов, великих воинов. Иве с ее пылом и жаждой сражений действительно было лучше там, а не в Мудром Прайде, где многие занятия были наполнены скукой и пахли нафталином.

Проблема была в том, что подобные приказы главной ветви, тем более уже озвученные, было не так-то просто отменить. Я мог бы подергать за ниточки, бесспорно. Но ушлые старики обязательно попросили бы что-нибудь взамен.

Тишина повисла в комнате, нарушаемая только потрескиванием догорающих свечей и далекими криками с плаца. Ананси послал мне легкий импульс — он уловил необычные колебания в энергии Этана. Мой брат что-то скрывал.

— А ты? — повернулся я к нему.

Этан покачал головой, его пальцы нервно теребили край мундира.