Раздался резкий, сухой хруст, больше похожий на ломающийся кристалл, чем на кость. Архан громко выругался, и его правая рука, еще секунду назад сжимавшая рукоять меча, беспомощно повисла. Его щит дрогнул.

Капитан команды тут же скомандовал отход и перестроение. Седарин и его лев прикрыли Архана, пока те отступали к тыловой линии.

В итоге бой был выигран — остатки команды Сиффара, истощенные массовым призывом, были быстро добиты, — но цена оказалась высокой.

Когда энергетический купол над ареной погас, санитары уже бежали к нашей команде. Архан стоял, прижимая левую руку к правому плечу, его лицо было бледным от боли и ярости.

Капитан что-то коротко сказал ему, и Архан, скрепя сердце, кивнул. Его место в следующих боях десятки займет запасной боец. Опираясь на плечо одного из санитаров, Архан, сгорбившись, покинул арену под смешанный гул трибун — сочувствующий и разочарованный.

###

Архан с трудом добрался до своей комнаты в общежитии, его лицо все еще было искажено гримасой боли, а правый рукав мундира был разорван, обнажая почерневшую, опухшую кожу плеча. Дверь закрылась за ним, и в тот же миг в углу комнаты из тени материализовался мой отблеск.

— Неплохо сыграно, — произнес я, одобрительно кивая в сторону его руки. — Убедительный хруст. Думаю, не было тех, кто не поверил.

Гримаса боли на лице Архана мгновенно сменилась усмешкой. Он выпрямился, хотя я понимал, что боль все еще пульсировала в его плече.

— Пришлось немного переиграть, — проворчал он, осторожно двигая плечом и вздрагивая. — Эта ледяная тварь действительно впилась в руку. Но ты был прав — их тактика идеально подошла для нашего плана. Теперь у нас есть оправдание, чтобы меня вывести из команды на все пять дней турнира десяток. И еще пять дней на шестерки, в которых я не участвую.

— Именно, — я вышел из тени. — Значит, времени у нас в обрез. Поехали.

Мы покинули общежитие через черный ход, избегая любопытных взглядов. Дорога в горы заняла несколько часов.

Архан большую часть пути молчал, сосредоточенно глядя перед собой, его пальцы время от времени непроизвольно подрагивали, будто он мысленно уже вступал в предстоящую битву.

Наконец, мы достигли долины. Моя паутина, невидимая и смертоносная, беззвучно расступилась перед нами. Воздух здесь был чище и холоднее, а тишину нарушал лишь ветер, свистящий среди скал.

Я повел Архана к центру долины, к тому самому кокону, где проводил свои ритуалы. Он без лишних слов сел на каменный выступ, снял верхнюю часть мундира, обнажив травмированное плечо.

Энергетический сегмент вживленной сети был серьезно поврежден — он выглядел как потускневшая, перекрученная нить света среди сияющей сети остальной энергетики его тела. И плоть вокруг него тоже пострадала неслабо, обморожение минимум второй стадии.