И сделать это нужно было как можно быстрее… Чувство опасности уже в голос орало, что дело плохо. Дойти с невозмутимым видом до очередного тёмного участка оказалось очень тяжело. Теперь я даже слышал преследователей у себя за спиной. То камушек хрустнет под подошвой, то нога неосторожно шаркнет, то звякнет металлическая пуговка на одежде.

Им — или ему — оставалось шагов десять до меня… И сложнее всего было не оглянуться. Зато какой неожиданностью для них оказалось моё внезапное бегство!

Стоило мне из пятна света от фонарей войти в темноту, как я тихо, без единого звука, сорвался вперёд, а потом — в сторону. Прочь с дороги. Краем глаза увидел фигуру в какой-то бесформенной кофте с капюшоном, которая на миг сбилась с шага в лучах фонаря позади.

По невысокой насыпи, ведущей к кустам, я почти скатился. А потом нырнул в заросли, осторожно раздвигая ветки и стараясь пробираться вперёд как можно тише. И лишь тогда мой преследователь опомнился и кинулся в погоню.

В этот вечер мне пригодились и утренние тренировки, и военная выучка… По кустам нас ползать, между прочим, учили, и я, наплевав на чистоту одежды, прижался к земле, двигаясь, как змея, у самых корней. Там и мелких веток было меньше, и стебли — толще. Главное — не шуршать прелой листвой.

А вот мой преследователь нёсся, как слон. Шумел, топал, трещал ветками и тяжело дышал. Но при этом молчал, не произнося ни слова. Сумей я пропустить его мимо — вообще мог бы отлежаться в кустах, а потом снова выбраться на дорогу.

Не повезло. Хоть я и сместился в сторону, но в густых зарослях незнакомец тоже не удержал вектор. В общем, вылетел он прямо на меня. При этом на бегу наступил мне на ногу, подвернул ступню — и кувырком покатился по земле.

Увы, воспользоваться такой удачей я не успел. Пока вскакивал с земли, доставая револьвер — этот урод вёртким ужом скользнул в гущу растений, скрываясь в темноте. И, как оказалось, тихо двигаться мой преследователь всё-таки умеет. Определить по звуку, где он сейчас находится, у меня не вышло.

А потом звуки и вовсе пропали. Только лёгкий ветер шуршал листьями. Какое-то время я стоял, вглядываясь в темноту, а затем начал осторожно смещаться в сторону пустыря. В лучшем случае, я бы просто тихо ушёл. А в крайнем случае — стрелять там было удобнее. Главное, теперь я точно знал, что меня именно преследуют, а не просто «кто-то мимо проходил».

Как этот «кто-то», до того пыхтевший и шумевший, смог приблизиться без единого звука — я так и не понял. Чувство опасности колыхнулось, я резко крутанулся — и еле успел левой рукой отвести длинный нож, метивший мне в горло.