— Вы совершенно правы, я уже известил жителей поселения о том, что вы прибыли. Задержка может быть истолкована превратно.

В связи с этим соображением, пришлось сразу направиться вслед за Тельдреном, благо к тому моменту мне уже удалось немного перевести дух и поправить свой внешний вид. Правда рука отрасти не успела, только прибавила в длину несколько сантиметров. И если говорить откровенно, то ее вид все еще немного пугал, слишком хорошо я был знаком с травмами, чтобы спокойно к ним относиться. К счастью в этом мире все, что не убивало сразу, могло быть излечено, и даже смерть была только досадным недоразумением, если она происходила с игроком. В этой связи во мне даже зрело подспудное желание с помощью перерождения избавиться от травмы, и только напоминание о возрастающем штрафе не позволяло пойти на этот шаг. А еще то, что на перерождение просто не было времени, ведь переговоры должны были начаться уже сейчас, на центральной площади поселения.

Деревня Кинрэд располагалась в уютной низине, близ берега озера. Обнесенная невысокой, но прочной каменной стеной, явным творением гномов, она была разделена на две части — малую и большую. Малая представляла из себя сплоченную группу каменных, прочных строений. Здания в этой части были грубы, прочны, будто подготовлены к осаде. Еще больше это впечатление усиливали узкие окна, похожие на бойницы. Но такая архитектура была обычна для гномов, привыкших к каменной тверди над головой и умиротворяющему полумраку. А вот эльфийская половина отличалась от соседей разительно и ярко. Здания в ней были простроены привольно, на большом расстоянии друг от друга, Они создавались из дерева, были хрупки и утончены, открыты солнцу и ароматам цветов. Деревья, кустарники и цветы обступали их со всех сторон, глубоко вторгались в гномью часть селения, нарушая ее мрачный и строгий вид. Объединением этих двух столь разных стилей была городская площадь, находившаяся не в центре, а у края гномьих владений. Здесь смыкалась каменная твердь со светлой легкостью дерева, воплощаясь в добротной рыночной площади. Здесь и должны были начаться переговоры.

Символичным было то, что с каждой стороны на встречу пришло по двое разумных и были то эльф и гном. Со стороны деревни к нам вышли худощавый, тонкий, словно высохшее дерево, эльф, с безмятежным взглядом синих глаз и массивный гном, закованный в доспехи. Касательно брони гнома, я мог с уверенностью говорить о высоком качестве работы, намного превосходящем мое облачение из стартового набора. Об эльфе, видимо старейшине деревни, что-либо сказать было сложнее, на виду он оружия не держал, однако, несмотря на почтенный возраст, резвости не потерял, двигаясь естественно и свободно. Его руки украшало несколько перстней и вполне возможно, что они не были простыми украшениями.