Вопросов не было. Все было сказано. Все было ясно и понятно, как белый лист.

— Тогда удачи нам, господа. Империя нас не забудет, — произнес министр Никулин. — Хоть никто и не узнает про наш подвиг, но мы точно поступаем правильно!

Мы вышли из зала в узкий, плохо освещенный коридор, потом спустились по винтовой лестнице в подвал. Воздух стал сырым, запахло плесенью и землей. Факел остановился у неприметной, ржавой металлической двери, больше похожей на технический люк. Он провел рукой по краю, шепнул что-то, и дверь бесшумно отъехала в сторону.

— По одному, интервал — тридцать секунд, — прошипел Факел. — Цель — грузовик у заднего входа, прыгаем в кузов и молчим.

Первым исчез в темноте он сам. Через полминуты за ним последовал Артемий, затем Сашка, следом отправился министр, я был финальным элементом нашей «неуловимой пятерки». Ну правда, гребанные мстители как минимум. Чуть не засмеялся, пока бежал в темноте, от этих мыслей, но это не помешало мне добраться до места.

Кузов действительно был забит огромными, туго набитыми холщовыми мешками. Они пахли человеческим потом, щелочью мыла и чем-то еще, неуловимо больничным, что ли. Да, именно такой вот «сладкий», сука, аромат. Я зарылся между ними, нашел Артемия и Сашку, уже устроившихся в темноте. Мы молча уселись поудобнее, насколько это было возможно. Через мгновение мотор грузовика взревел, и мы тронулись с места. Было бы можно говорить, я бы сейчас спел что-то типа: «Поедем, красотка, кататься!!!»

Путешествие в кузове стало отдельным небольшим адом. Мешки колотились друг о друга на ухабах, въедаясь в бока. Сквозь щели в брезенте задувал ледяной ветер, неся с собой брызги дождя. Мы тряслись и подпрыгивали, молча терпя все бл*дские неудобства. Эта поездка и вправду казалась бесконечной.

И вдруг я услышал, как Факел зашевелился. Он встал и приставил пистолет к стороне кузова грузовика, потом — бесшумный выстрел. Грузовик начал сбрасывать скорость, свернул с асфальта на что-то мягкое, грунтовое, и через пару минут остановился. Мотор заглох. Остался только шум дождя по брезенту и вой ветра в соснах где-то рядом.

— Выходим! — скомандовал министр, и я еще никогда так быстро откуда-то не выбирался. Все тело затекло. Мы выпрыгнули на размокший грунт. Место было идеальным: глухая лесная развилка, старый, полузасохший дуб с обломанными ветвями, в паре метров — глубокий, заросший кустарником овраг. Грузовик стоял на краю. Факел и Артемий уже откатывали его под откос, чтобы со стороны дороги он выглядел съехавшим. Я бросился помогать. Через минуту «Урал» был в овраге, весьма правдоподобно изображая аварию.