— Секрет «Гнева Господня»? — наконец процедил старый мертвец. — Ты серьёзно?

Михаил не ответил, только его крылья напряглись, а взгляд стал ещё тяжелее.

— А чего сам папка с тобой секретом не поделился? — ехидно процедил коротышка, демонстративно сплюнув себе под ноги. — Али не достоин?

— Отдайте! «Гнев Господень» нельзя оставлять в руках смертных! — наконец произнес вестник.

— Михаил? — внезапно раздался хриплый, но твёрдый голос отца Евлампия.

Все обернулись к нему. Боевой священник-инквизитор стоял неподвижно, но его глаза, еще недавно остекленевшие в божественном ступоре, теперь горели яростным пониманием. — Ты кто угодно, но только не архангел Михаил! — обвиняюще выкрикнул он.

Тишина натянулась, как струна перед разрывом.

— Как это «не архангел»? — недоверчиво буркнул Черномор, его борода тоже тревожно дернулась. — Я же отлично чую его благостный дух… Да и Смерть в прошлый раз его Михаилом наз…

— Я знаю! — резко перебил коротышку отец Евлампий, не отрывая взгляда от крылатой фигуры. — Михаил не стал бы требовать «Гнев Господень» — он и так им владеет! Настоящий архангел не стал бы анализировать магию — он сокрушил бы её Божественной Силой! — продолжал бросать обвинения в Михаила священник. С некоторыми из которых я бы не согласился, но пусть. — Архангел, к тому же целый архистратиг, не стал бы терпеть оскорблений — он бы просто испепелил наглеца! И самое главное! — Припечатал напоследок батюшка, вцепившись трясущимися руками в распятие. — Ты слишком много говоришь. Архангелы не спорят с проклятыми грешниками! Они их казнят, отправляя прямиком в ад!

Архангел… (или кто?) замер. Его сверкающие доспехи вдруг показались тусклее, а в глазах мелькнуло что-то тёмное, хищное и явно не очень-то ангельское. Может быть, отец Евлампий прав? Просто все мы чего-то не доглядели? И даже Смерть… А вот монах-инквизитор сумел каким-то образом почуять подвох. Причем, я читал в его заполошных мыслях, что он и сам жутко боялся облажаться, обвинив настоящего Божьего вестника в его несуществующих грехах.

— И еще… — Отец Евлампий решительно шагнул вперёд, к самой границе магического раздела, подняв перед собой наперстный крест в трясущихся руках. — Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа!

И от него отошла такая чудовищная волна Благодати, что нас с дедулей натурально едва не размазало, как жалких насекомых! Но, так как я всё еще пребывал в мыслях святого отца, то буквально на какие-то доли секунды сумел опередить убийственную волну Благодати, уловив намерения инквизитора.

Влив в мышцы добрую порцию силы, я откинул мертвеца в сторону словно легкую тряпичную куклу. А следом ударом направленной воздушной волны сбил с ног Ваню, Глорию и Черномора — протащив их по пыльной земле до самого соснового бора, чтобы реально вывести их из-под удара священника. А вот деда Маркея я не трогал, ему только на пользу пойдет такой мощный поток Благодати.