Я понимал, что наши шансы на спасение, хоть и есть, но они мизерны. Нас бы сумело спасти чудо… Но чудо в моём лице или в лице Лихорука сегодня не работало. Грёбаные фрицы! Грёбаный артефакт! Грёбаная война! Как же я вас всех ненавижу! Но сотрясать воздух попусту я не стал. И плана никакого, кроме предложенного дедом, так и не нарисовалось.

Значит, придётся надеяться только на нашу удачу и обычную физическую и боевую подготовку. Вырваться из самого логова врагов будет весьма и весьма трудно. Если, не сказать жёстче — просто невозможно. Но мы со стариком, как та лягуха в крынке с молоком, будем трепыхаться до тех пор, пока масло не собьём.

Ну, или не сдохнем… Не-не, не так — падем смертью храбрых в неравном бою! Только оценить этого нашего подвига, кроме фрицев, будет некому. А вот они оценят, это факт! И мы с дедулей постараемся сделать эту «встречу» совершенно незабываемой. Чтобы вздрагивали уроды по ночам, вспоминая мужество советских бойцов! И они будут вздрагивать еще не один десяток лет (даже, ели и бы и меня не забросило в это время), уж это-то я точно знаю!

— Раз ничего другого нам не светит — будем прорываться, — согласился я. — Только ты это, чеку обратно в гранату верни, — обратил я внимание на уже побелевшие пальцы деда, продолжающего сжимать спусковой рычаг. — А то, неровен час, сами подорвёмся.

— А, точно! — Старик уставился на свою руку с гранатой, как будто увидел её в первый раз.

Засунув пистолет в кобуру, он пошарил глазами по сторонам в поисках чеки. На наше счастье, она нашлась рядом с кучей хлама, на котором я валялся не так давно. Дед вставил чеку на место, вновь загнул усики и, наконец-то, разжал пальцы.

— Далеко не убирай, — произнес я, когда он засунул лимонку в карман. — Думаю, она еще пригодится сегодня.

— Это точно! — улыбнулся Чумаков-старший. — Отведают сегодня фрицы «кисленького».

— А сейчас, надо бы их хорошенько обыскать, — задумчиво глядя на расставленных вдоль стены фрицев, произнёс я. — Лучше бы шлепнуть… Но они нам еще пригодятся.

— Я мигом! — Кивнул мне дед и, забросив пистолет в кобуру, ловко и привычно обыскал немцев. — Чисто!

— Так, герры офицеры! Слушай меня внимательно! — во всеуслышание и по-немецки громко объявил я. — Сейчас мы с вами выйдем из этого подвала и отправимся к лесу! Если кто-то хочет поиграть в героя рейха — пожалуйста! Только знайте, что присвоят вам его посмертно!

— Ром, один лишний — троих за раз на мушке не удержим, — прошептал мне на ухо дед. — Одного нужно убрать сейчас.

— Согласен, — кивнул я, отдавая один из пистолетов деду и вытаскивая свой охотничий нож, заряженный «тьмой» из-под ремня, куда его засунул, когда освободился от антиведьмачьих пут. — Я решу эту проблему…