— Разведка, — еле слышно хмыкнула я, поднимаясь с оттоманки и спеша к парочке.
— Лекаря и воды! — требовал герцог. — Леди нужна помощь.
Идея конечно хорошая, но даже я, читая в свободную минуту подаренный сестрой экземпляр «Войны и мира», знала, что сочетание танцев, свечей, большого количества народа и корсета сделало такое явление, как женский обморок на балу, привычным и ожидаемым. И конечно тут же со всех сторон поспешили дамы, обмахивать фрау веерами и протягивая нюхательные соли, которые здесь были обязательным атрибутом женской бальной сумочки.
— Ни в коем случае, — чуть отвела я в сторону руку одной из дам. — Мы все благодаря газетам знаем, что племянница графини Александры талантливый фармик. А вот чего мы не знаем, так это какое лекарство и из чего составляла леди Анна перед балом. Может сочетание с нюхательными солями опасно?
— Ой, я не подумала, — тут же убрала руку дама, да и остальные следом за ней.
— Я думаю, что ничего страшного не произошло. Покой и прохлада быстро помогут. Но я не слишком опытна в этих вопросах, так что давайте дождёмся всё-таки лекаря. — Решила я до конца быть очаровательной и внимательной леди.
Почти сразу появившийся медикус подтвердил мои рекомендации о прохладе и покое. Герцогиня собиралась позвать одну из служанок, но я поспешила её остановить. Сославшись на усталость, я вызвалась посидеть с Анной.
— Я распоряжусь принести вам прохладного лимонада. А то вы тоже что-то очень бледненькая, леди Таисия. Ах, какие вы юные и хрупкие создания, совсем как мы в ваши годы. Правда, дорогая? — обратилась она к графине Дорангтон.
— Конечно, — чуть улыбнулась графиня. — Я буду вам очень признательна, леди Таисия. Я так редко сейчас выезжаю из дома, и мне так не достаёт общения. А вы так любезно согласились приглядеть за Анни.
Я мило поулыбалась и согласно покивала. Хотя прекрасно понимала, что графиня вовсе не соскучилась по общению. Просто общение её племянницы с графиней Сторил поднимало значимость этой самой племянницы. А тут такой замечательный повод это общение начать. И конечно я не удивилась, когда герцог вызвался доставить свою спутницу в одну из комнат, подготовленных специально для таких случаев.
Минут десять я наблюдала за фрау, или как её здесь уже титуловали, леди Анной.
— Можешь не притворяться, — хмыкнула я. — Ресницы выдают и разом успокоившееся дыхание. Слишком равномерное. И потом, я видела, как вы договаривались с герцогом перед этим обмороком.
Фрау тут же распахнула ярко-голубые глаза, без намёка на слабость или недомогание.