Зрение затуманилось, но кажется я их не знала. А остальных людей позади не смогла

рассмотреть из-за расстояния. Зато заметила, как недавно зелёная поляна у обрыва

покрылась толстым слоем снега и уже мечтала, как наберу его себе в рот. Жажда

сильнее чувства самосохранения и тем более гордости.

Меня на удивление бережно опустили на землю, но вместо снега под руками оказалось

тёплое покрывало. Какая досада… Я лежала на спине и смотрела в голубое небо, пока

вокруг мельтешили люди. Всё перемешалось со всем. Секунды превратились в столетия. Я

моргала тяжёлыми веками, но когда заново распахивала их, то оказывалась в ином

временном отрезке. Словно смыкала глаза не на долю секунды, а на долгие минуты, о

чём свидетельствовали движущиеся над головой облака.

Как ни странно, первым, кого я увидела — стал лорд Фёрстрайд. Я повернула голову

набок, уловив непривычно нервный голос бывшего королевского дознавателя:

— Я же говорил, что она спрыгнула здесь! — визжал мужчина с кандалами на руках и

ошейником на шее. — Видите, я не соврал! Я сказал вам правду!

Одежда на нём выглядела непривычно грязной и потрёпанной, а на лице виднелись свежие

ссадины и кровоподтёки. Однако жалости он не вызвал.

Я снова моргнула, а когда открыла глаза, то услышала женский крик, больше

напоминающий ультразвук. Повернула голову в другую сторону и заметила Кристину. Она

опустилась на корточки перед Лёшей и громко заплакала. Подруга заметно похудела и в

целом выглядела не лучшим образом. Никогда прежде не видела её волосы настолько

грязными и непричёсанными.

— Милый, приди в себя! — кричала она, зацеловывая лицо мужа. — Мой хороший, очнись! —

А затем спохватилась и обернулась: — Полина! — и тут же бросилась ко мне.

Я вновь моргнула, не застав её приближения, но вскоре опять очнулась от попыток

насильно напоить меня водой. Как же я о ней грезила, но не находила сил попросить

самой. А теперь мысленно благодарила того, кто додумался её мне предоставить. Не

открывая глаз, я продолжала жадно пить, практически захлёбываясь. Давилась, кашляла,

но всё равно глотала живительную влагу. Всё это время мне осторожно придерживали

голову и регулировали наклон фляги, не позволяя воде заливаться слишком быстро. Я же

пыталась проглотить всю её без остатка, но второпях большая часть жидкости утекала

мимо по подбородку на грудь и плечи.

— Не торопись, моя леди, — услышав заветное обращение, я резко распахнула глаза. —

Пей спокойно. Я никуда не денусь.

Кай придерживал мою голову и продолжал прислонять к губам флягу, однако я больше не

хотела пить. Его присутствие сильнее воды утоляло любую жажду. Как же я скучала по