— Он тебя ждёт. Все они.
Я ненавидела его всей душой, но и сопротивляться не находилось сил. Всех, ради кого я
боролась, не стало. Возможно, Беллиан прав. Может, в следующей жизни мы вновь
встретимся, и наша борьба продолжится? Однако в этой я уже проиграла…
Я поднялась над грудью Кая и крепко сдавила осколок в руке, но боли не почувствовала.
Она лишь капля в океане тех чувств, что одолевали мной в этот момент. Вновь
захотелось исчезнуть, раствориться в пустоте. Я закрыла глаза, но вместо бездны
увидела ветхую библиотеку с разбитыми в дверях стёклами и сильным запахом сырости,
исходившим отовсюду. Но, главное, всего на мгновение в моём сознании промелькнули
вишнёвые омуты. Они меня отрезвили.
— Не дождёшься! — резко воскликнула я, распахнув глаза.
Теперь передо мной стоял уже не Беллиан, а уродливый старик с паучьим клешнями и
облезающей гнойной кожей. Из его пасти текла чёрная жижа, окрасившая редкие зубы и
подбородок. Я даже не испугалась, ведь произошедшее здесь было куда страшнее любого
чудища.
— Это всё ложь… — слабо пробубнила я, поднимаясь на ноги. Осколок я оставила при себе
для обороны. — Но как… как тебе это удалось? Ты почти сломил меня!
— Думаешь, что всё знаешь?.. Очнись, девочка. Решила, что раскусила меня, как бы не
так! Ты в ловушке и умрёшь вслед за всеми своими друзьями, я лишь предлагал тебе
лёгкий выход. Ты всего лишь жалкая полукровка, но я рядом. Я помогу, только очнись.
— Что ты несёшь?..
— Посмотри на меня!
— Я и так на тебя смотрю…
— Посмотри!
Я попятилась назад. Ожидала чего угодно, но только не бессвязной болтовни. Беллиан в
обличии монстра бросился за мной.
— Очнись и пойми же, что ты натворила! — он схватил меня липкими клешнями за плечи.
Из его пасти разило смертью и разложением. — Все погибли из-за тебя!
— Не верю! — поморщилась я, с трудом не отвернувшись от смрада.
— А зря, моя леди!
Моя леди?.. Что⁈
Глава 17
— Твои бедные руки, — прошипел паук, попытавшись отнять у меня осколок стекла.
Иллюзия?.. Это невозможно! Даже Беллиан не способен сотворить обман, которому под
силу заблокировать Печати. Любую иллюзию можно развеять!
— Давай же, очнись! — из его рта вытекла новая порция чёрной гнили, но за внешним
уродством я разглядела другое лицо.
Резко резанула стеклом лохмотья на иссохшем плече. Ветхая ткань вмиг рассыпалась в
труху, обнажая маленький шрам. Немного изменённый, но узнаваемый.
— Кай… — поняла я, выпуская из ладони острый осколок.
— Полина… — прозвучал теперь его голос, а всё вокруг стало прежним.
Больше не было ни железных стен, ни клеток, только заброшенная сырая библиотека с