предстоит выбор, от которого стынет кровь в жилах, а к горлу подступает тошнота.

Пусть всё это окажется очередной глупой шуткой тирана! Только бы это была иллюзия…

— Пытаешься понять, не иллюзия ли это?.. — ухмыльнулся Беллиан. — Вот же он я перед

тобой! Разве иллюзия могла бы лишить тебя Печатей или одолеть твоего несравненного

принца? Он сильный противник… но не для меня.

Я промолчала, так и не поняв, удалось ли мне воспользоваться хоть крупицей моей силы.

Но в одном Беллиан прав — я никогда не слышала, чтобы иллюзия была настолько сильна.

И уж тем более для Кая, который с лёгкостью распознал бы её, а затем развеял. Он не

мог проиграть столь простому фокусу, в котором сам преуспел. Принц славился

иллюзиями и ни раз демонстрировал отточенные умения.

— Думай быстрее. За долгую жизнь я научился ждать, но это не значит, что стану.

— Я… — в горле пересохло. — Я не стану делать выбор.

Что-то внутри меня бесповоротно сломалось от боли и страха, но я не могла поступить

иначе. Не могла предать тех, кто находился в этих клетках. Я не мой мрачный принц.

Не умею принимать тяжёлые решения и распоряжаться чужими жизнями, словно фигурками

на шахматной доске. Ведь это живые люди! Дорогие и близкие мне люди, которых я

обязана защищать, но вместо этого всех их подвела…

— Убей меня! — взмолилась я. — Я угроза, а не они!

— Слабачка, — фыркнул Беллиан, после чего лёгким движением провернул поднятое вверх

запястье с зажжённой Печатью.

По всем трём клеткам одновременно ударило разрядами тока, вырвавшимися из его ладони

и прошедшими по стальным корпусам цепочками голубоватых вспышек.

— Не-ет! — закричала я, наблюдая, как все мои друзья и близкие корчатся в

конвульсиях.

Звук и заполнивший помещение запах невозможно передать словами. Их сердца больше не

бились, чего я желала и самой себе, чтобы избавиться от нахлынувшей волны боли.

Клетки опустились на пол, а вместе с ними и моё лицо, упавшее в трясину. Мне больше

незачем бороться.

— Не хочешь с ними попрощаться? — тихо поинтересовался Беллиан.

Я расслышала, как за его спиной все разом отворились стальные дверцы.

— Покончи со мной, не тяни… — пробубнила в клейкий ковролин, поглотивший весь мой

голос.

— Я даю тебе возможность проститься с теми, кто пострадал из-за твоей слабости. Ты

можешь встать.

И тут я почувствовала, что больше не приклеена к полу. Теперь меня держало лишь

собственное отчаяние. Кое-как найдя в себе силы, я поднялась на четвереньки и

проползла мимо белоснежной обуви Беллиана, замерев у клетки Кая.

— Выбор сделать проще, когда его уже совершили за тебя… — заявил тиран, наблюдая у