Шум поднялся бешеный, демократы вскочили и аплодировали, стоя в креслах. Республиканцы же освистывали оратора, кое-где начали разгораться стычки. До плебейского мордобоя дело не дошло, но повсюду выпученные глаза, красные от натуги лица и слюна, летящая оппонентам в лицо.
— Идите воевать сами! — Алекс уже кричал, срывая горло, — а не посылайте на войну тех, кому она не нужна! Не можете? Так вспомните ещё об одном правиле — личной заинтересованности! Вы отрываете бедняков от семей, которые после ухода кормильца голодают, а их дети нередко умирают от недоедания и болезней. Так создайте такие условия, чтобы потеря кормильца не сказывалась на семьях настолько катастрофически!
— Тишина! — Присутствующий в зале губернатор колотил молотком по столу, — тишина!
Стало немного тише, и спор перешёл в более спокойные рамки.
— Мистер Фокадан, вы можете предложить что-то конкретное, или речь об истоках демократии — самое сильное, на что вы способны?
— Налог! Налог на богатых республиканцев в пользу солдат и их семей! — Не задумываясь выпалил Алекс, повернувшись к губернатору, — раз за войну ратуют именно они, не желая при этом нести службу государству с оружием в руках, то пусть платят!
— У меня два сына воюют! — Вскочил сухопарый джентельмен, сжимая кулаки.
— Значит, с вас налог не брать, — парировал попаданец, — тут всё честно: плати либо кровью, либо золотом. И сразу предупреждаю, господа… не вздумайте переваливать ответственность на обычных людей! Платить должны те, у кого есть деньги! Иначе город поднимется!
— Угрожаете? — Приподнял бровь губернатор.
— Ни в коем разе, господин губернатор, — откровенно оскалился Алекс, — предупреждаю! Даже если весь состав ИРА уйдёт из города, это не снимет напряжения в случае необдуманных действий властей. Люди ощутили свою силу, своё единство. Несколько тысяч человек, которые воевали, да не где-то далеко, а здесь, плечо к плечу с соседом — против людей, которых они посчитали Злом. Думаю, никто не хочет стать новым воплощением Зла, верно?
— А ИРА к этому непричастно? — Съехидничал Сеймур.
— Причастна, — согласился Фокадан, — если бы мы не организовали горожан, крови мирных граждан пролилось бы как минимум на порядок больше. Вы это хотели узнать? Или что будет, если удалить из города ИРА, а потом всё равно ввести налог? Восстание! Только вот без вожаков, способных превратить недовольство людей в МИРНУЮ демонстрацию, оно может обернуться новыми пожарами. Не мне вам говорить, как опасны люди, считающие, что им нечего терять.
Сеймур нахмурился, но кивнул согласно. На его лбу залегли глубокие морщины.