Даже солдаты Шеррила в восторге от боевых навыков и духовитости Ле Труа. Француз стал этаким аналогом супермена, уже к вечеру изумлённый попаданец ненароком подслушал несколько совершенно диких историй о подвигах своего учителя.
Самое интересное, что парочку он признал правдоподобной — учитель иногда допускал оговорки, по которым можно понять очень многое. Так что в лагере Шермана явно имеются люди, знакомые с прошлым Ле Труа. Если верить слухам, то фактическим девизом его учителя можно назвать знаменитую фразу Перед нами всё рыдает, за нами всё горит. Алекс верил…
Глава двадцать седьмая
После самоубийства полковника из хорошей семьи и потери лица командующим, бригаду ранним утром семнадцатого мая, сдёрнули с только что построенных укреплений и выдвинули на передний край разгорающегося сражения. Уильям Текумсе Шерман славился мстительностью и тяжёлым характером.
Выдвинутая вперёд артиллерия южан вела ожесточённый обстрел переднего края, на котором накапливались кельты. Ирландцы рассыпались по складкам местности, прячась от обстрела и закапываясь в землю — благо, шанцевый инструмент имелся в избытке. Солдаты изобретательно ругались, но что характерно, Ле Труа никто не винил. Дай майор вчера слабину, дело закончилось бы примерно тем же — к частям ополчения федералы относились как к расходному материалу, а тут ещё и часть ирландская.
Любезность Шермана при первой встрече не значила ничего — обычная вежливость светского человека, смешанная с любопытством и желанием разузнать интересные подробности из первых уст. В обыденной жизни это даже не жёсткий, а жестокий человек, предложивший правительству совершенно нацистскую тактику выжженной земли.
Уничтожать на захваченных землях Юга инфраструктуру, вырубать сады, сжигать поля, дома… А что творили чёрные из свободных полков, вставшие на постой на захваченных территориях…
Своеобразная разведка боем длилась уже два часа. Страх у попаданца имелся, но достаточно отвлечённый. Видел, как на пыльную землю падают убитые солдаты и корчатся раненные, но снова вылезло странноватое ощущение, что это происходит не в реальности, а в какой-то наворочанной компьютерной игрушке.
В иное время он злился бы на такую нелепость, не без оснований подозревая начало психического расстройства, но сейчас подобная отрешённость скорее помогала, бывший студент выглядел вполне адекватным и бравым командиром, не потерявшим головы в первом бою.
— Пригнись! — Зарычал он на солдата, ударом по щиколотке подбивая ноги излишне любопытного австрийца, высунувшегося поглазеть на наступающие цепи южан, — жить надоело?