— Вот же гнида, — негромко пробурчал Алекс, поясняя капитанам своё виденье ситуации.
— И не подкопаешься, — согласился Кейси так же негромко, нехорошо глядя на губернатора — прищурившись, как через прицел.
— А если влезть? — На лице Фреда расцвела ехидная злая усмешка, — ну, вылезти сейчас нам из толпы, встать рядом, речь толкнуть…
— И самого губернатора с нами потеснее переплести с нами, — подхватил Кейси идею, зло ухмыльнувшись, — ну-ка…
Собравшись в кружок, капитаны негромко обсудили идею и через несколько минут в толпе начали скандировать:
— Справедливость! Справедливость для всех!
Капитанов ИРА подняли на плечи бойцов и доставили к входу к городскому собранию. Вроде как народная воля, ИРА ни при чём…
Оказавшись на крыльце, Алекс развел руки будто для объятий — старый трюк политиков и аферистов. Остальные капитаны жестикулировали по своему разумению.
— Мы приветствуем свободных людей на Земле Свободы, — начал попаданец, которому очень шла пропитанная кровью белая повязка на голове, — только свободные люди готовы отстаивать свои права перед властями!
— Да! Справедливость! Справедливость для всех!
— Скажу без обиняков — ситуация с призывом дурно пахнет, и мы были настроены решительно. Кейси… Патрик… Аластор… Фред… все мы были готовы выйти против несправедливого закона, как и все вы. И если понадобится, то и с оружием в руках!
— Мы свободные люди! — Подготовленные заранее клакеры скандировали нужные лозунги.
— Да! Мы свободные люди! — С энтузиазмом поддержал Алекс выкрики, — и мы рады, что демократия и справедливость ещё не умерли в этой великой стране! Пока с нами такие люди, как Гораций Сеймур, губернатор Нью-Йорка — страна жива!
Сказав это, попаданец с отрепетированной улыбкой восторженного юнца пошёл к губернатору, протягивая руку для рукопожатия. Улыбка Сеймура выглядела не столь убедительно, но толпе хватило.
— Сеймур! Сеймур! ИРА! ИРА!
Толпа скандировала, а улыбающийся Алекс, стоящий рядом с губернатором, цинично думал:
— Вот теперь Сеймур не соскочит!
Глава двадцатая
Последователи бородатых пророков коммунизма склонны к борьбе политической, без переходов на личности. Не то чтобы марксисты вовсе уж беззубые и работают только с идеологией, но склонность к политике и демонстративное уклонение от уголовщины у них заметны.
Даже когда необходимо проявить силу, марксисты стремятся решать все проблемы переговорами, не ввязываясь в войны с уголовниками. Вот с властью — да… правда, в мелочные склоки они не лезут, предпочитая до последнего решать вопросы переговорами и моральным давлением.