А вот ирландцы… здесь мнения расходились. Одни считали их белыми неграми, присвоившими некую часть кельтской культуры. Другие — неправильными кельтами, выродившимися дикарями.
Впрочем, острым нацизмом по отношению к ирландцам страдали в основном англосаксы. Так что примерно четверть бригады ныне составляли те самые валлийцы, шотландцы, бретонцы и немногочисленные немцы — в основном почему-то из Австрии.
С некоторых пор в Кельтику начали записываться и славяне. Попаданец подозревал, что дело тут не в любви к кельтскому миру, а скорее в положении славян в САСШ — откровенно паскудному. Если чехов или немецких славян рассматривали как почти людей, то русских или поляков — как отбросы, откровенно второй сорт.
Только вот если у ирландцев здесь большая община, от которой можно получить хоть какую-то поддержку, то у славян дела обстоят хуже. Имеются какие-то польские общины, но слабые. Вдобавок, их лидеры ведут нескончаемые свары между собой по любому поводу, и в итоге весь пыл уходит в свисток.
* * *
— Неважные дела, — сообщил Алекс вечером в штабе бригады, он же штаб ИРА, раздеваясь на ходу, — выдавливать нас будут. Птички донесли.
— Нас — в смысле из бригады, заменяя своими офицерами, или всю бригаду из города? — Моментально отреагировал майор, дёрнув щекой и чуть склонившись вепрёд.
— Бригаду.
— Ожидаемо, — кивнул Ле Труа с деланной невозмутимостью и начал раскуривать трубку. Офицеры молчали, настроение испортилось. В том, что рано или поздно бригаду выдворят из Нью-Йорка, никто не сомневался, но хотелось бы попозже… и желательно не на фронт.
Иллюзий никто не питал, прекрасно понимая, что белых негров вышестоящие офицеры беречь не будут — прецедентов с ирландскими частями предостаточно. Патриотизм в таких условиях как-то не хотел разгораться.
— Времени у нас сколько? — Задал вопрос комбриг, раскурив наконец трубку.
— До конца марта точно, может, до конца апреля потянем. При удаче — до середины мая, но это уже вряд ли.
— Уже что-то, — буркнул невыспавшийся Фред, — хоть зиму переживём нормально.
— Кто давит-то хоть? — Поинтересовался Кейси, — республиканцы?
— Они, — кивнул попаданец, усаживаясь наконец в кресло, — но и губернатору мы больше не нужны. Свою долю популярности с нашей помощи собрал, республиканцев прижал. Теперь будет торговаться — что они дадут в обмен на наш уход из города.
— Говнюк, — мрачно констатировал Патрик, опираясь подбородком на руку и почти ложась на стол.
— А то мы не знали, что наш Главнюк — говнюк, — хмыкнул Аластор, выпустив колечко дыма.
Посмеялись грустно и снова погрузились в молчание. В принципе, дела обстояли не так уж и плохо. Пусть бригаде предстояло уйти из Нью-Йорка, но её солдаты хотя бы нормально одеты, обуты и вооружены, чем могли похвастаться очень немногие части. Семьям солдат выделили семейные казармы и какое-никакое, но жильё.