Зрители взревели, беснуясь от восторга. Здесь и сейчас нет богачей, заплативших до двадцати пяти долларов за особо удачное место, и профсоюзных активистов вперемешку с офицерами и сержантами ИРА, которым эти места достались бесплатно. Только ценители кулачного боя.
Поскольку правила английского и кельтского бокса заметно отличались, волевым решением Фокадан слегка смешал правила. Так, отказались от перчаток, привычных в кельтском боксе, но оставили бинты. Ввели раунды по три минуты, а не до падения, как в английском. Наконец, ограничили число этих раундов девятью.
Бойцы встали в стойки и по звуку гонга начали бой. Осторожно, очень осторожно… Логан начал прощупывать Оливье длинными хлёсткими выпадами с левой. Тот уклонялся, что неплохо получалось из-за широко расставленных ног и откинутого назад торса. Но зато и в ответ ничего не мог сделать — работа ног в кельтском боксе куда как получше.
Оливье попытался лягнуть, но Логан отскочил и подсёк опорную ногу, ударив по щиколотке. Такие моменты специально отрабатывали — пусть в чистом кельтском боксе это не применятся, но на улице вполне, а для улицы бойцов и готовили.
Прозвенел гонг и бойцы неохотно разошлись по углам. Через минут снова сошлись и Логан начал скакать вокруг противника, с лёгкостью уклоняясь от ударов ногами и от попыток провести бросок.
— Открылся! — Заорал Алекс, сидевший у самой сцены, на которой и происходил бой, — шаг-уклон вперёд и по печени! В челюсть теперь! Боковым!
Логан, привычный слушать тренера, на автомате проделал всё сказанное и Оливье скрючился на полу ринга, не в силах даже разогнуться. Через канаты перескочил студент-медик, проверяя зрачок у нокаутированного.
— Всё! — Громко сказал он, пытаясь перекричать шум, — готов!
Из четырёх боёв три закончились безоговорочной победой адептов кельтского бокса. А победивший англичанин-средневес и сам продемонстрировал сперва позаимствованную технику кельтского бокса, а затем отменную технику савата. Так что победа англичанина получилась достаточно сомнительной.
Зрители выходили из театр в двойственных чувствах. С одной стороны, они стали свидетелями интереснейших боёв, о которых можно будет рассказывать и десятки лет спустя. С другой… проклятые ирлашки!
Офицеры и сержанты ИРА остались в Бауэри, собравшись на сцене. Один за другим начали вносить мешки с деньгами, высыпая их на расстеленный холст. Начался подсчёт прибыли и через полчаса Кейси объявил сдавленным голосом, нервно вытирая вспотевший лоб подрагивающей рукой:
— Девять тысяч триста двадцать пять долларов и семь центов за сегодняшний вечер. Вместе с деньгами на Олимпиаду у нас имеется тридцать четыре тысячи пятьсот два доллара ровно.