гул, доносившийся из-под земли. Считанные минуты оставались до обвала всего этого винтового нагромождения. Паша лежал в капсуле. Рассматривал пространство вокруг себя, слегка поворачивая голову. Питомник. Полностью соответствовал описаниям Киры. Все иллюзии и сны, в которых пребывал Паша, были детальными, но это объяснимо. Ведь он в реальности когда-то всё это видел собственными глазами. Удивительным было то, как мозг воссоздаёт иллюзии только по рассказам. Или Кира хороший рассказчик? Это видение наполнено звуками. Откуда-то доносился гул, как при землетрясении, даже подрагивание ощущалось. Слышны крики. Возможно, сражение. Ох уж этот Куб. Не уймётся никак. Паша закрыл глаза. — Ты живой? — крик Васька ворвался в Пашину новую иллюзию. Паша даже глаза открывать не стал. Устал надеяться и разочаровываться. Кто-то принялся его тормошить. Надо же, и Петрович здесь. — Пашка, да помоги же мне! — воскликнул Серёга, пытаясь поднять друга, который был совершенно безучастен к появлению товарищей. — Одна минута! — произнесла Сато. — Я помогу! — неожиданный возглас за спиной Петровича заставил того обернуться. Костя. Вдвоём они вытащили Пашку из капсулы и погрузили Ваське под ноги. — Уходи отсюда, сейчас всё рухнет! — проорал Косте Васёк и тут же рванул с места. Петрович и Костя побежали к выходу, по пути предупреждая Охотников, прорвавшихся во дворец. Обвал начался, когда Костя был ещё в здании. Он обернулся на грохот за спиной и замер, потрясённый увиденным. В самом сердце дворца, там, где располагалось винтовое устройство, начала образовываться воронка. Сооружение сыпалось, как песок, а капсулы с репродукциями устремились вниз, туда, где воронка стремительно наполнялась водой. Кто-то потянул его за руку. Петрович. Что-то ему кричал, но Костя не слышал. Его ошеломил размах этой катастрофы. Противоречивые чувства раздирали изнутри, и он рвался на части. Кого же спасать? Труды императора? Самого императора? Или бежать прочь с этими сумасшедшими? Петрович буквально поволок его за собой. Пол под ногами дрожал, воронка расширялась. Они выбежали из дворца последними, перепрыгивая трещины в полу, которые расходились по всему зданию, как молнии во время грозы. В саду среди Охотников находилась и охрана императора, прекратившая сражение, как только задрожала земля. Они с ужасом глядели на некогда прекрасный дворец, который вздрогнул последний раз и канул в Лету. На его месте зияла воронка, постепенно наполнявшаяся водой. Петрович, добежав до Васька, рухнул обессиленный ему