— Короче, граф, я жду образец контракта с указанием стоимости услуг, — она, прищурившись от дыма, раздавила коричневый окурок в пепельнице.

Отлично! Значит, об основном договорились.

— Далее, нам для закрытия портала нужны будут пара реликвий ковена…

— Получите, — сказала она. — Но только вместе с ведьмами-хранительницами и охраной.

— Годится! — кивнул я.

Да еще лучше! Пусть ответственность лежит на них. Так что вроде Императрица играет честно — я бы очень насторожился, если бы мне просто дали цацки без охраны.

— Когда вы планируете отбыть? — спросила она меня.

— Ну особых дел у меня нет, но надо сделать кое-какие распоряжения и сделать нужные назначения…

— Не затягивайте! — приказала она.

— Передел власти в столичном Эквилибриуме? — усмехнулся я.

— Да, — ответила мне она и встала с кресла. — И вы в расклад не входите. Поэтому вам лучше покинуть Санкт-Петербург как можно скорее и незаметнее, не вступая в игры.

— Будет сделано, Ваше Величество! — поклонился я. — Послезавтра я отбываю с конвоем в Устьевск.

— Завтра с вами свяжутся мои ведьмы, которые будут сопровождать и применять артефакты. Ждите, граф.

Я опять поклонился. И пока я это делал, Императрица увеялась, оставив только за собой вишневый запах дорогих сигарилл.

Это было вчера, а сегодня я пытался привести дела в порядок, просматривая бумаги и прикидывая, что делать дальше. И тут из боковой двери появилась Лами.

— Работаешь? — спросила она, кивнув на открытый ноут и ворох бумаг.

— Разбираюсь в наследстве Канаверова, — аж крякнул я. — Точнее, в той его части, что мне оставили местные кошелки во главе с их предводительницей.

— Хорошо, что все не отобрали, — усмехнулась она.

— Хорошо. Хоть будет у нас место, где остановиться, когда опять будем в столице.

— Эх, жаль, нас отсюда выгоняют, — пригорюнилась она. — Я бы с удовольствием побродила по городу, по музеям и историческим местам…

Я удивленно воззрился на нее. Вроде как были мы с ней вместе в Питере до этого… Правда, это было сто пятьдесят лет назад, вот черт! Червячок раскаяния начал грызть мою душу.

— Ничего, как все устаканится и все друг друга упокоят, еще побываем, — утешил ее я. — Пока мы персоны нон грата и в местном обществе нерукопожатные.

— Я бы им другое пожала, — с чувством сказала Лами. — Сборище столичных педерастов и б…й! Ручкаться еще с ними…

— Полностью с тобой согласен. Почти.

— Ты, кстати, управляющего нанял? — спросила она с каким-то подвохом.

— Да где же его найдешь… — вздохнул я. Ни один их них проверку на клык не проходит. Как только у потенциального нанимателя начинают отрастать клыки и когти, они орут «мама!», как будто она им поможет, и бегут, роняя кал. Вчера один даже обронил в кабинете, ну да ты помнишь…