Посмотрев на неё, понимаю, что ради вот этих поплывших от удовлетворения глаз, ради счастливой полуулыбки на этих губах и дрожащего прекрасного тела в моих руках я пошёл против семьи.
В несколько жёстких толчков я получаю свою дозу удовольствия, глухо зарычав и не отдавая себе отчёта, что оставляю на белоснежной коже новые следы. Потом, когда мы окажемся в безопасном месте, я буду зализывать ей все раны.
Мы остаёмся сидеть так же, не разжимая объятий. Её пальцы всё ещё на моём затылке, моё дыхание всё ещё у её уха. Только спустя пару минут я отстраняюсь и смотрю в её глаза.
– Я люблю тебя, – говорю негромко, удивляясь, насколько легко мне дались эти три слова.
– Я люблю тебя, – отвечает едва слышно и часто моргает, отгоняя слезы.
– Нам пора, – тут же бросаю, коротко целую и, поднявшись с табурета, ставлю её на ноги.
Она кивает спокойно, я знаю, что внутри неё всё ещё ранимая принцесса, но уже другая.
Я умываюсь, вытираюсь, быстро надеваю чистую одежду и выхожу, прочь от искушения. Когда Влада выходит из комнаты с прямой спиной и почти незаметной уверенностью в шаге, я понимаю, что пять минут назад это была не слабость или прихоть. Нам нужно было понять, ради чего все эти перестрелки и побеги.
Я беру её за руку, и мы возвращаемся в зал. Ник уже поднялся, Ярик с кем-то говорит по телефону, Егор кому-то пишет.
– Готовы? – спрашивает Ярик, посмотрев на меня.
– Готовы, – киваю, бросив взгляд на девушку рядом.
– Всё, заезжаем с тыльной стороны, как договаривались, – говорит Ярик в трубку. – Пограничники нас не видят? – уточняет и через несколько секунд отключается. – Поехали, ребятишки, – обращается к нам и направляется к выходу.
– Спасибо вам, с меня должок, – говорю Нику и Егору.
– Чушь не неси, – фыркает Егор, пожав протянутую мной руку.
– А мне в кайф, – ведёт плечами Ник, лыбясь во все тридцать два.
Прощаемся и покидаем кафе так же, через чёрный вход, куда Ярик подогнал тачку. Осталось добраться до аэропорта живыми, и только потом можно на время выдохнуть.
Глава 18. Новые реалии
Раньше он жил по правилам, которые вбивали в него с холодом и расчётом, а теперь держал на коленях ту, чья любовь без спроса вошла в его жизнь, перевернула всё до основания и уже несла в себе нечто большее, чем они вдвоём могли осознать.
* Ратмир *
*
Я уже начинаю привыкать просыпаться под пение птиц за окном, ощущая тёплое дыхание моей принцессы и чувствуя её руки на своём теле. Правда не так уж давно перестал подрываться с кровати при малейшем шуме. Паранойя – дело такое, тени мерещатся даже на ровном месте.