Но только я открыл рот, как Мастер приложил палец к губам и глубокомысленно покрутил глазами. Кто мог нас подслушивать там, где он сам следил за безопасностью, я не знал. Но после сегодняшнего уже ничему не удивлялся. А может Мастер просто нашёл отмазку, чтобы не отвечать, и взял себе фору на раздумье. Так мы всю дорогу и промолчали.

Буфет, где когда-то Марина кормила меня пирожными, был закрыт на спецобслуживание. Исключительно для двоих посетителей. Очевидно, это место было проверено на предмет прослушки заранее и имело статус безопасного.

Мастер выбрал странный набор продуктов. На столе присутствовала красная икра, шоколад, лимон, вяленое, но очень мягкое мясо и коньяк.

Последний элемент переводил всё остальное из категории еды в закуску. Благодаря отцовскому примеру, я с подозрением относился к крепкому алкоголю, но Мастер, похоже, считал коньяк лучшим успокоительным и тонизирующим. И что-то в этом определённо было.

— Ты сегодня, считай, заново родился, — произнёс Мастер, когда мы первый раз чокнулись и опрокинули в себя бокалы, — Обычно говорят «в рубашке родился», но ты в своей капсуле голяком был. Так что родился обыкновенно, только второй раз.

Коньяк ударил в голову. Кровь побежала быстрее, а щёки загорелись теплом. Я ухватил со стола лимон, сжевал его и скривился. С каждым вздохом жизнь словно возвращалась в тело. Хотелось, чувствовать запахи, слышать звуки. Пробовать на вкус, жгучий коньяк, кислые дольки лимона, душистый швейцарский шоколад.

И бабу тоже хотелось. Можно даже толстую.

— Что это за хрень была? — спросил я, когда отдышался.

— У твоей капсулы отрубили подачу кислорода. — Мастер замолчал, задумался, — вы ж там в водичке лежите. Как младенцы в материнской утробе. Точно, родился заново.

— Как это вообще возможно⁈ Там же защита тройная стоит! При любом сбое она орать должна как ненормальная. И на автомате меня выкинуть.

Устройство капсулы я знал. Все требования безопасности в нас вдалбливали на тренировках. Там же объясняли, что капсула отслеживает любые изменения в организме и отключает игрока от вирта при малейшей угрозе жизни.

Хотя, возможно, оборудование, которые мы использовали в киберспорте, и то, что стояло в МосТехе, отличалось. «Сходил» же я в игру под стимуляторами. Капсула истерила, но смирилась и в вирт меня пустила.

— Они не антивандальные — Мастер покачал головой. — Аварийный блок вырвали к ебеням. Шланг подачи воздуха пробили чем-то острым, ножом или отвёрткой.

— А техники? — я сидел и охреневал от услышанного. — Их же там двое!

— По-твоему они все восемь часов там сидят? — развёл руками Мастер. — Чаи гоняли в комнате отдыха. По инструкции они туда должны поодиночке ходить, но одному ведь скучно. Попиздеть не с кем. Сам же сказал, если что — автоматика заорёт. Теперь на увольнение обоих, но от этого не легче. Если бы я своими глазами не увидел, что с тобой херня творится, ты бы там спёкся.